home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Обитель предков

Впечатление об Эскориале только как об укрепленном монастыре не может быть полным. Его мощные стены разделены на этажи со множеством окон и потому почти не напоминают о тяжеловесных укреплениях времен Средневековья. Замок был задуман как монастырь и одновременно резиденция испанских монархов, поэтому должен был подавлять своей роскошью. Немаловажную роль в эффектном облике королевского дворца сыграл гранит. Эскориал заключает в себе множество образов этого камня: ощущение твердости, непоколебимой мощи, бессмертия, вечности и вместе с тем преграды, подавления, могильного знака, символа смерти.

Строители хорошо знали особенности гранита и, может быть, любили этот камень, поскольку очень умело использовали его свойства. Твердый, неподатливый материал, действительно труден при обработке мелких деталей, но в законченном виде прекрасно сохраняет свои лучшие характеристики. Великолепно смотрятся большие гранитные плоскости с резко подчеркнутыми гранями. Изначально камень Эскориала имел светло-серый цвет с серебристым оттенком. С течением времени дворец снаружи стал выглядеть желтоватым, а внутри по-прежнему сиял первозданными тонами.

Любое архитектурное сооружение, большое или малое, знаменитое или малоизвестное, включается в окружающий пейзаж, становясь его частью. Все постройки Эскориала сложены из прямоугольных блоков, причем их обработка велась невдалеке от строительства, в местных каменоломнях. Способы отделки и крепления, изобретенные Хуаном де Эррера, способствовали тому, что здание кажется сложенным из цельного камня. Однако это впечатление не вводит в заблуждение ни специалистов, ни обычных зрителей, понимающих, что мнимая монолитность является результатом кропотливого труда. Замок по цвету, материалу и форме перекликается со скалами Сьерра-Гвадаррамы. Причудливо громоздящиеся горы светло-серого гранита, не тронутые рукой человека, создают контраст, который еще сильнее подчеркивает искусство строителей.

Королевский дворец с четырьмя парадными залами и жилыми комнатами примыкает к собору Святого Лаврентия. Личные покои монарха находились с восточной стороны, за апсидой храма, занимая выступ, похожий на ручку решетки. Здесь Филипп II провел остаток жизни в уединении и спокойствии, но после него в Эскориале уже никто не жил постоянно. Сооружение громоздкое, мрачное, не подходящее для обитания человека, угнетало своим суровым величием всех, кто вынужден был проводить в его стенах даже недолгий срок.

Строгий придворный устав требовал, чтобы владыки Испании проводили в каждом из своих замков точно установленное время. В течение 9 недель пребывания в Эскориале короли должны были посещать здешний собор, чтобы помолиться и навестить усопших предков.

Перед спуском в склеп королю в одиночестве следовало прошествовать мимо статуй царей Иудеи. В тот момент перед ним распахивались двери, открывавшиеся только перед лицами королевского звания, неважно, живыми или мертвыми. Человек чувствовал себя неуютно среди величественной гармонии линий и, безусловно, казался карликом в огромном храме с куполом, отнесенным на головокружительную высоту. По лестнице, отделанной мрамором темного цвета, он спускался в Пантеон инфантов – усыпальницу принцев, принцесс и тех королевских жен, чьи дети не взошли на престол. Дальнейший путь лежал в следующий нижний уровень, куда вели широкие гранитные ступени. Восьмиугольный Пантеон королей долгое время считался самой роскошной усыпальницей Европы. Стены склепа были облицованы яшмой и черным мрамором, таинственно мерцавшим в свете позолоченных фонарей.

Скорбную красоту создал итальянский архитектор Джованни Баттиста Крещенцо, который предпочитал стиль раннего барокко. Массивные бронзовые саркофаги на золотых львиных лапах были расставлены в соответствии с уставом. Каждый из четырех уровней ниш отмечен мраморным столбиком с вырезанными именами погребенных: Карл V, Филипп II, Филипп III, Филипп IV, Карл II, Карл III, Изабелла, Анна, Маргарита, Елизавета Бурбон.

Патриарх царственного семейства покоился под стеклянной крышкой гроба. Посетители конца XIX века видели уже не могучего властителя, а жалкое ссохшееся тело, почему-то обнаженное, покрытое кожей, как старым пергаментом. Саван прикрывал труп только до пояса. В то время еще можно было рассмотреть лицо Карла V с ввалившимися веками и ноздрями, с клочками рыжих волос на торчащих скулах.

Пантеон королей располагался точно под алтарем главной капеллы, то есть так, что поднимавший гостию священник стоял над усопшими и короли становились причастными к благодати. Выполненные в строгом готическом стиле литеры обозначали имена покойников. Рядом с заполненными гробами дожидались владельцев пустые, предназначенные для здравствующего короля и его супруги. Можно представить, какие ощущения испытывал человек, видя собственный гроб. Однако этикет требовал от монарха находиться в склепе не менее 5 минут, и предписание всегда исполнялось.

Останки монархов прибыли в новую резиденцию со всех концов Испании и несколько лет теснились в старой церкви, поскольку Пантеон при жизни Филиппа II не был завершен. Его заселение состоялось почти столетие спустя, в пору правления Филиппа IV, внука основателя Эскориала.

Интерьер собора Эскориала так же необычен, как и внешний вид. В огромном трехнефном пространстве сразу бросаются в глаза боковые двухъярусные ободы и почти не заметны погруженные в сумрак 44 алтарные капеллы. Первые прихожане удивлялись слишком низкому нартексу, расположенному на высоте, равной половине высоты храма. Над его сводом были устроены хоры – места для духовенства и монахов с сиденьями из ценных пород дерева. На просторном аналое даже сегодня раскрыты требники, иллюстрированные готическими виньетками, и раскрашенные ноты для храмового пения. С потолка спускается люстра с подвесками из горного хрусталя.

Мадрид и Толедо

Интерьер собора Святого Лаврентия


Испанские храмы по традиции были богато убраны и тесно заставлены. В настоящее время помещения собора Святого Лаврентия свободны от мелких предметов, но в старину здесь находилось много церковной утвари. Среди богатых рак и резных ковчегов своеобразием замысла выделялась ваза цилиндрической формы с золотой рукой, словно выходящей из ее тулова. В залах Эскориала царит гранит – гладкий, светло-серого цвета, прекрасно отшлифованный. Свод, опирающийся на пилястры, украшен фресками работы Луки Джордано. Пилястры подчеркивают устремленность архитектурных деталей ввысь. Сферический купол поддерживают огромные каменные столбы с мощными арками. Свод сложен из гладко отесанных квадров, а через фонарь внутрь проникает ровный свет. В основу отделки легли принципы дорического ордера, отличающегося строгостью и торжественностью. Цветовое решение интерьера метко выразил поэт К. Х. Аспар, назвав избранную зодчим палитру «белой ясностью». Впрочем, архитектор выбрал два цвета: мрачно-серый для стен и белоснежный со светло-серым для пола.

Продольная ось, рассекающая комплекс с запада на восток, проходит внутри собора, ведет к главной капелле и невидимо пересекает алтарь. Филиппу II хотел видеть в нем глубинный смысл собора, его главную мысль, ведь Эскориалу надлежало стать оплотом католицизма. В связи с этим сакральное место храма не только олицетворяло христианское таинство, но и приобретало значение духовного центра ансамбля.

Особую роль в архитектуре алтаря играет ретабло – обрамленное гранитными стенами трехъярусное сооружение с фронтоном. Поднимаясь на 30-метровую высоту, оно стоит на широкой лестнице из бордового мрамора, занимая всю апсиду целиком. Каждый ярус обрамлен колоннами, что соответствует классической традиции, причем внизу располагаются колонны дорического ордера, выше – ионического и на самом верху – коринфского с позолоченными капителями.

Если пройти по лабиринту холодных сырых переходов и подняться по узкой винтовой лестнице, то можно попасть на церковную колокольню. С самой высокой точки открывается вид на окрестности замка. Величественный, подобно самому Эскориалу, пейзаж отсюда еще более мрачен: темно-зеленые леса, нагромождения скал, невероятных форм гигантские валуны, ямы и земные разломы, нередкие в стране, подверженной землетрясениям.

Мадрид и Толедо

Главная капелла собора Святого Лаврентия


Живописным украшением собора Святого Лаврентия служат картины Федерико Цуккаро и Пеллегрино Тибальди. Скульптурную часть исполняли миланские мастера, в то время придворные ваятели отец и сын Леони. Им принадлежит заслуга в создании статуй евангелистов, апостолов Петра и Павла, а также сцены распятия с изображением Иоанна и Девы Марии. Все перечисленные изваяния сделаны из позолоченной бронзы; размер каждого из них немного больше человеческого роста. Яркие одежды библейских героев прекрасно выглядят на темном фоне камня. Перед алтарем стоит дарохранительница, сделанная в виде круглого храма из золота и яшмы. Ее автором является итальянец Якопо де Треццо, который использовал рисунок Хуана де Эрреры.

В центральных пролетах Главной капеллы располагаются великолепные скульптурные группы из позолоченной бронзы. Образ коленопреклоненного Карла V соседствует с изображениями императрицы Изабеллы Португальской, инфанты Марии и сестер короля, инфант Леоноры и Марии. Справа от великого монарха находится фигура Филиппа II. Рядом с ним помещены скульптурные изображения его жен: Анны Австрийской, Изабеллы Валуа, Марии Португальской и ее сына. Здесь же автор композиции поместил пластический портрет знаменитого инфанта дона Карлоса.

В скульптурах Карла V и членов его семьи чувствуется влияние Леони-старшего, который не сумел завершить работу в соборе. Покойного с успехом заменил сын, который давно работал самостоятельно, и потому отличие выполненных им образов Филиппа II, королев и инфант заметно не только специалисту.

Четырехметровые статуи королей и членов их семей создают иллюзию вечного присутствия на мессах. Мастер получил ее путем уподобления архитектурных форм реальной среде, изобразив боковые капеллы, из сумрака которых фигуры царственных особ вступают в освещенное пространство храма. Боковые затененные пролеты ниш намеренно оставлены пустыми, что усиливает ощущение реальности пространства, откуда вышли фигуры.

Мадрид и Толедо

Л. Леони, П. Леони. Статуи Карла V и членов его семьи


Мадрид и Толедо

П. Леони. Статуи Филиппа II и Анны Австрийской


Все участники вечной мессы представлены молящимися. Статуи отличает портретная достоверность, но по традиции герои представлены в идеальном виде. На их каменных лицах застыло выражение спокойствия, величия, отрешенности от земного. Богатые одежды каменных королей выполнены из узорчатой бронзы и лепных кружев. Доспехи, как и оружие, украшены смальтой, цветными камнями, позолоченным металлом.

Несмотря на смелое решение, статуи испанских монархов и членов их семей являются обычными надгробными памятниками, символически обозначающими то, что покоится в подвалах. Над каждой нишей находятся три богато украшенные двери – входы в ложные склепы – с золотыми надписями, которые можно рассматривать как прообразы надгробных стел. Сами статуи представлены в молитвенных позах, что характерно для многих испанских надгробий. Тем не менее современники не напрасно восхищались скульптурными изображениями испанских монархов и членов их семей. Эта композиция по праву считается украшением Эскориала, в стенах которого за несколько веков скопилось не слишком много скульптурных шедевров.

Несмотря на интерес к светскому искусству, монархи с большим рвением собирали коллекцию культовых вещей, хранившихся в реликарио. Так в Эскориале именовалась комната, подобная ризнице православного храма, где были собраны святые реликвии, аккуратно разложенные по ящикам из золота, серебра, бронзы, особых пород дерева. Внутри ковчегов хранились останки особо почитаемых в Испании мучеников, а именно 10 целых скелетов, множество черепов, берцовых и лучевых костей, пальцев рук. Среди экспонатов и сегодня можно увидеть руку святого Антония, ногу святой Терезы, кости убитого Иродом младенца. О муках Иисуса Христа напоминают два шипа тернового венца, кусок веревки и обломок деревянного креста с Голгофы, а также частица смоченной в уксусе губки, которую воин подал распятому Христу.

Рядом с ними некогда стоял глиняный сосуд с водой, превращенной в вино. Здесь же хранилась чернильница Блаженного Августина и камень из мочевого пузыря римского папы Пия V, после смерти причисленного к лику святых. По слухам, однажды помутившийся разум заставил безвестного монаха извлечь содержимое из ковчегов и перемешать. Сваленные в одну кучу, останки уже не могли быть святыми. С тех пор даже служители не знают, какая именно рука принадлежала Исидору и являлась ли мощами конечность, считавшаяся ногой Вероники.

В одноименной капелле лежала самая ценная реликвия Эскориала – santa forma, или гостия (в православии облатка), божественность которой проявлялась с поразительной силой. Когда ее захватили голландские еретики-цвинглиане, бросили на пол и начали топтать ногами, на гостии появились кровоподтеки, свидетельствующие о том, что в ней пребывает сам Бог. Прежде чем занять место в Эскориале, реликвия побывала в Вене и Праге.

Узнав о случившемся в Голландии, Филипп пожелал выкупить святую вещь, отдав за нее три нидерландских города и утвердив значительные привилегии тамошним купцам. С тех пор драгоценная santa forma обрела покой в Эскориале, где в течение нескольких столетий хранилась вдали от глаз еретиков.

В соборной сакристии хранились наиболее ценные предметы культа, к которым также относились парадные одежды священников.

Мадрид и Толедо

Сакристия собора Святого Лаврентия


В настоящее время место роскошных нарядов заняли произведения искусства, но одеяния духовенства XVI века можно представить по картине Клода Челло, на которой служители изображены принимающими святые дары от посланцев германского императора.

Автор мастерски передал блеск золота и серебра на парчовых платьях; люди из свиты Филиппа II написаны с портретным сходством, но их лица, фигуры, позы преувеличенно изысканны и красивы, впрочем, именно такими им полагалось быть на парадном полотне.

Культовые украшения и приборы служители запирали в резных шкафах. Повсюду можно было увидеть распятия, неизменно отличавшиеся художественной работой. Священные реликвии соседствовали с уникальными, но все же бытовыми вещами, например венецианскими зеркалами, пожалованными королевой Анной Австрийской. Особое место среди шедевров занимает распятие из белого мрамора, выполненное Бенвенуто Челлини и подаренное Филиппу II флорентийским герцогом Франческо Медичи. Одно время фигура Христа была покрыта блестящей тканью, которую веселый русский путешественник назвал «какой-то юбкой».


Храм Святого Лаврентия | Мадрид и Толедо | Дом короля