home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Введение во храм

За время Реконкисты могущества достигли не только светские, но и духовные феодалы. Архиепископы, епископы и аббаты захватывали либо получали в дар крупные земельные участки, где возводили монастыри и храмы. Испанские священники не скупились на убранство культовых зданий и всегда уделяли большое внимание красоте, в том числе внешней, чувственной, которая здесь не принижалась, а, напротив, относилась к первостепенным качествам и предмета, и личности.

Неутомимая страсть к прекрасному передалась испанцам от мавров, проявлявших заботу не только о своем благополучии. Арабское культурное наследие оставило глубокий след в местном искусстве. Благодаря захватчикам жители Толедо научились украшать здания, до того отличавшиеся лишь прочностью. К сожалению, подлинные образцы восточной красоты были слишком хрупкими, чтобы сохраниться в веках, зато произведения в оригинальном стиле мудехар и поныне украшают улицы Толедо.

Строительство Сантьяго дель Аррабал – церкви занявшей место полуразрушенного вестготского святилища – началось в XII веке и продолжалось около столетия. Ее квадратная колокольня, по подобию минарета, была облицована гипсом с мелким узором в виде полос. Среднюю часть здания украшали мавританские сдвоенные окна ахименес подковообразной формы. Крестообразный план здания соответствовал традициям романского зодчества. В том же стиле выполнены полукруглые своды, с которыми контрастируют арки в духе ранней готики.

В главном нефе до сих пор стоит деревянная кафедра, украшенная тонкой резьбой с восточным рисунком. Там же находятся погребальные плиты, скрывающие под собой прах умерших вскоре после освящения храма.

Мадрид и Толедо

Церковь Сантьяго дель Аррабал


Также походит на минарет колокольня церкви Санта-Томе. Изящную легкость ей придают остроконечные окна и ряд небольших многолопастных арок. Подобно многим культовым зданиям Толедо, она была перестроена из мечети и тоже сохранила на своем фасаде детали арабской архитектуры. При такой перестройке обычно уничтожалось внутреннее убранство, значительно изменялись интерьер и частично конструкции. Однако минарет приспосабливался под колокольню без перестройки, поскольку в нем не совершались богослужения и, следовательно, к религии он относился косвенно.

Кроме Санта-Томе, колокольни-минареты имелись во многих церквях Толедо, в том числе в храме Святой Леокадии, где с 1492 года уцелели постройки в стиле мудехар. Его капеллу покрывает купол с сеткой звездообразных нервюр (от лат. nervus – «жила»), как в архитектуре обозначается арка из тесаных камней, укрепляющая ребра свода. Система этих деталей образует каркас, значительно облегчающий кладку дугообразных перекрытий. Звездно-сетчатый рисунок украшает одно из помещений в женском францисканском монастыре Непорочное зачатие, купол которого запоминается своей живописностью.

Мадрид и Толедо

Башня Святой Леокадии


Сводчатый потолок здесь оформлен кусочками разноцветных кирпичей, покрытых глазурью с металлическим блеском. Не менее эффектны остатки архитектуры мудехар в монастыре Санта-Исабель де лос Рейес, например северный фасад с аркадами в мавританском духе. В многочисленных покоях обители с арабских времен остались арки с великолепными украшениями из гипса. Особенно привлекательны они над входами в больницу и мастерскую монахинь. Причудливыми формами изумляет еще одна подобная деталь: в уютном дворике Лаурель арка тоже выполнена из гипса, но похожа на сталактит. На потолках некоторых помещений монастыря сохранилась деревянная обшивка с кессонами.

Роскошней всех выглядит потолок в приемной настоятельницы, где в свое время жил Фердинанд Католический: изначально монастырь являлся его резиденцией, о чем свидетельствуют гербы на портале церкви. Видимо, поэтому в Средние века община Санта-Исабель де лос Рейес распоряжалась большими средствами, которыми монахинь щедро снабжал сам король и его потомки.

Мадрид и Толедо

Колокольня церкви Санта-Исабель


В развитии национальной культуры существенную роль сыграл духовник Католических королей, «великий кардинал» Педро Гонсалес де Мендоса. Звание первосвященника не помешало ему участвовать в сражениях с арабами и увлекаться всем итальянским, подражая правителям Флоренции или Венеции даже в образе жизни. Шумный двор святого отца составляли 158 человек свиты. Его покровительством пользовались многие художники Толедо, поскольку, получая огромные ренты, он владел богатством, предоставлявшим возможность быть щедрым меценатом. Изабелла боготворила наставника и в знак признательности решила воздвигнуть ему памятник в виде роскошной усыпальницы, заказанной в 1494 году, незадолго до смерти де Мендосы, известному итальянскому мастеру, предположительно Андреа Флорентино. Для установки монументальной гробницы требовалось снести часть ограды собора столицы, чему решительно воспротивился сам кардинал. Будучи личностью просвещенной, он не желал разрушать то, что возводили предки. Тем не менее королева приказала убрать мешавшие постройки, что было сделано тотчас, правда без огласки, всего за одну ночь. Наутро косвенный виновник вандализма был поставлен перед фактом. Прах кардинала обрел достойную могилу через 9 лет после похорон. Устройство гробницы закончилось в 1504 году, когда, похожая на триумфальную арку, она была украшена скульптурой и арабесками.

Первый камень в основание собора Толедо в 1227 году заложил Фердинанд Святой, но история его возведения началась несколько раньше. Отличавшиеся религиозным фанатизмом кастильские короли слишком рьяно обращали подданных в христианство, совершая порой неблаговидные поступки. Именно так произошло с Констанцией, женой Альфонса VI, которая без ведома супруга распорядилась перестроить мечеть в собор. При взятии Толедо король дал слово не трогать мусульманские святыни, хотя почти все они были перестроены из вестготских церквей. Спорный храм ранее служил вестготам под названием Санта-Мария дель Реаль. После самовольного поступка королевы государю пришлось объясняться с изгнанным правителем города Абукой Валидом, уже собиравшим войско для похода на «нечестивцев». К счастью, переговоры закончились мирно, король пообещал, что такое больше не повторится, а мавр неожиданно проявил благодушие, за что впоследствии был увековечен в камне. Через полтора столетия его статуя расположилась в главном храме Толедо, заняв место рядом с христианскими святыми и великими монархами Испании.

Бывшая мечеть – низкая, тесная, непритязательная и внутри, и снаружи – не годилась на роль собора в столице мощной державы. Кастилия в то время была крупным, достаточно влиятельным государством, большую часть населения которого составляли испанцы. Король и высшее духовенство мечтали украсить свой главный город грандиозным храмом, какие уже давно имелись во Франции.

Основной проект собора в 1285 году исполнил мастер Мартинер, затем его идеи воплощал, несколько изменив начальный план, Петрус Петри, которого назначили руководителем строительных работ. Спустя столетие возведение храма продолжили зодчие Родриго Альфонсо и Альфаро Гонсалес; именно им принадлежит идея своеобразных форм и украшения северной башни, законченной талантливым мастером по имени Педро де Алала. Собор задумывался как образец строгой готики, то есть с тремя нефами и пятью капеллами, поэтому вначале почти не отличался от французских зданий подобного рода. Однако время (строительство продолжалось больше 200 лет) внесло коррективы, и реальный храм обрел гораздо большие размеры, а кроме того, порадовал национальным характером архитектуры.

Начатый в готической манере, толедский собор почти наполовину воплощал в себе искусство Возрождения, что нисколько не нарушало его художественной цельности. Последний штрих в отделке здания был нанесен в 1460 году, когда зодчие признавали единственный стиль – Ренессанс с его мягкостью, живостью, богатством орнамента. В то время над созданием архитектурных шедевров трудились профессиональные художники, и это заметно по невиданному ранее качеству работы. Грандиозное здание собора в Толедо по размерам уступает только главным храмам Милана и Севильи, а по роскоши убранства и сосредоточию произведений искусства является лучшим в Европе.

Мадрид и Толедо

Толедский собор


Господствуя над городом, комплекс из серого гранита поражает импозантностью готических аркбутанов, пинаклями и невероятно высокой остроконечной башней. В целом не нарушая стиля, зодчие смело использовали, казалось, неуместные арабские и ренессансные элементы, в итоге подарив миру архитектурный шедевр. Красоту здания не нарушило даже стихийное строительство: в последующие века святые отцы не слишком заботились о целостности его облика, разрешая пристраивать многочисленные ризницы, сакристии, клуатры различных стилей и размеров. Примерно с XIX века стало видно, что к величественной постройке вплотную подступили жилые кварталы, создав неуместное впечатление тесноты.

Северная, квадратная в плане башня собора похожа на минарет и не по традиции, а вследствие разыгравшейся фантазии создателя увенчана архитектурной тиарой. Южной башни в здании нет вовсе, но ее заменяет купол одной из капелл. Чрезвычайно разнообразны по оформлению порталы; главный выдержан в позднеготическом стиле и навевает мысли о прощении, поскольку называется Пуэрта дель Пердон. Лучшим украшением Портала часов (Пуэрта дель Релох) являются рельефы в тимпане (углубленная часть стены над дверью или окном): лепные сцены из жизни Иисуса Христа и Богоматери издали напоминают узорчатое шитье. Глубокий архивольт этого входа заполнен небольшими статуями святых, причем мужские фигуры исполнены достоинства, тогда как женские пленяют нежностью облика. На обратной стороне портала в свое время работал знаменитый ваятель Грегорио Бигарни, исполнивший в духе Раннего Ренессанса образы Святой Леокадии, Святого Ильдефонса и короля вестготов Рекисвинта.

Самым красивым из готических порталов собора признается Пуэрта де лос Леонес, или портал Львов, как звучит его название в переводе с испанского. Считается, что замысел этой эффектной части здания принадлежит Аннекину де Эгасу, в ту пору занимавшему должность главного архитектора собора. Исполнителями могли быть испанские скульпторы французского происхождения, отец и сын Гуасы. Изначально сооружение именовалось порталом Радости, но после появления скульптуры с изображением животных на внешней решетке его ассоциировали только со львами и называли соответственно. Приписанные Гуасам статуи сделаны настолько виртуозно, что в полумраке выглядят как живые. Балдахины под скульптурой не менее натуральны; тщательностью работы удивляют детали, но особенно ловок резец мастера в рельефах, помещенных в сдвоенных тимпанах входных дверей. Несмотря на обилие украшений, а может быть благодаря декору, сооружение не утратило цельности и задуманной монументальности. Строгость отделки боковых стен оживляют невысокие фигурки на цоколях больших статуй. Изначально вход не имел дверей: створка была выполнена из дерева только в XVIII веке.

Мадрид и Толедо

Внешняя сторона портала Львов


Мадрид и Толедо

Внутренняя сторона портала Львов


Столь же красива внутренняя сторона портала, где мраморные украшения гармонично сочетают в себе мотивы поздней готики и Ренессанса. В центральной верхней части помещен элегантный медальон «Коронование Богоматери» работы Бигарни. По бокам в нишах расположены статуи Давида и Соломона, оформленные колоннами в виде канделябров. Ниже, в тимпане на светло-синем фоне изображено «Древо Елисеево». Завершает композицию обязательный для крупного католического собора музыкальный инструмент, здесь названный в честь Карла V органом императора.

Создатель портала Святой Екатерины (Пуэрта де Санта-Катарина) увлекался французской пластикой, а может быть и сам был французом. Скульптурные образы этого входа отличаются особой грацией и не лишены индивидуальности, что не характерно для искусства испанской готики. Портал под названием «Введение во храм Богоматери» исполнен в чисто ренессансной манере, отчего основным его украшением является рельеф с изображением сцены, отображенной в названии. Последний по времени исполнения вход в собор находится на уровне улицы и потому именуется Открытым (Льяна). Этот портал был устроен в 1800 году, конечно, в неоклассическом стиле. Внутренние помещения храма включают в себя пять нефов с трансептом (от лат. trans и septum – «ограда»), как в средневековой архитектуре обозначался поперечный неф. По замыслу интерьеру надлежало производить то же впечатление грандиозности, каким отличались фасады здания. Сводчатое перекрытие покоится на высоких массивных столбах, устремленных ввысь в окружении 16 колонок у основания каждого. Середину огромного пространства занимает главный зал, или капелла с хорами и монументальным алтарем. На обратной стороне священного места находится самое грандиозное в своем роде сооружение Испании – заалтарный образ под названием «ретабло», выполненный в середине XV века. Над его созданием трудилось целое поколение мастеров, и результат превзошел ожидания заказчиков.

Мадрид и Толедо

Главный зал толедского собора


Согласно испанским церковным канонам, огромная скульптурная икона за алтарем всегда выполнялась из дерева. В соборе Толедо мастера отдали предпочтение лиственнице, раскрашенной в яркие цвета и в отдельных местах покрытой золотом. Невероятная насыщенность статуями, рельефами, готическими балдахинами и резными консолями, а также огромное количество героев и богатство красок сделали толедское ретабло предметом восхищения современников, не видевших ничего подобного в испанских храмах. В документах отмечено, что заказал его легендарный кардинал Франсиско Хименес ди Сиснерос, покровитель Христофора Колумба и большой знаток искусства.

Художественная часть композиции состоит из такого множества сцен, что истинное их количество не знают даже современные служители собора. Если не считать отдельных фигур святых и персонажей Ветхого завета, заалтарная икона включает в себя около 20 изображений Страстей Господних и сцен из жизни Богоматери. Верхнюю часть венчает колоссальное «Распятие» с Девой Марией и Иоанном. Ниже представлены «Непорочное зачатие» и «Благовещение», помещенные над табернаклем (ниша для даров), где с XIII века хранится деревянная статуя Богоматери.

Хоры в главном зале собора по испанской традиции ограждены высокой стенкой из мрамора, которую сплошь покрывает скульптура. В храмовой архитектуре так именуется верхняя открытая галерея или балкон в парадном зале. Когда-то здесь заседал капитул и представители высшей духовной знати таким образом отделяли себя от простых прихожан. Обилие рельефных изображений гербов, христианских символов и предметов, олицетворяющих королевскую власть, напоминает о способах мавританской пластики, где отведенная под скульптуру поверхность использовалась полностью.

Мадрид и Толедо

Ретабло


Украшением ограды хоров в соборе Толедо занимались многие мастера. Их имена занесены в документы, но по прошествии веков невозможно определить, кому из них принадлежала та или иная композиция. На мраморной стенке уместилось 50 рельефов, образно повествующих о жизни Иисуса Христа, Девы Марии, владык Испании и библейских героев. Так, на одном из них изображен пастух, указывающий Альфонсу VII дорогу к местечку Лас Навас де Толоса, где в 1212 году королевская армия разбила войска мавров. На другом рельефе воспроизведены вошедшие в историю переговоры Альфонса VI с Абукой Валидом по поводу разрушенной мечети. В отличие от европейских коллег испанские мастера позволяли себе вольности, подобные тем, которые можно увидеть в скульптуре толедского собора. На стенке хоров евангельские легенды чередуются с историческими; кроме того, художники не слишком строго придерживались канонов в отношении деталей, внешнего вида героев и даже их действий, что категорически не допускалось, например, во Франции. Непосвященный мог бы принять за бытовую сцену композицию, где Адам в поте лица копает землю, а Ева – заботливая мать и властная хозяйка – стоит рядом и следит за ходом работы.

Тонким, беззлобным юмором исполнен сюжет рельефа «Опьянение Ноя», где тот стыдливо отворачивает лицо. Так же мастерски передано смущение героини в сцене «Авраам и Сарра». Необычайно выразительны движения Исайи в «Благословении Исаака»: автор постарался передать сомнения главного персонажа, и ему это полностью удалось. Собственно, желание отобразить эмоции заметно во всех композициях ограды, но особенно сильное впечатление производят лица Адама и Евы, изображенные в момент изгнания из рая.

Мадрид и Толедо

Хоры толедского собора


Хоры толедского собора с трех сторон окружены скамьями. Нижние сиденья в конце XV века выполнял мастер Родриго де Алеман. В рельефах спинок представлены эпизоды войны с маврами, в частности взятие Гренады в 1492 году. Художник сумел передать патриотический дух испанцев, не унижая противника. Такое же уважительное отношение он показал к героям греческой мифологии, изображенным на подлокотниках кресел и перилах лестницы. Фантастические сирены, единороги, великаны, неведомые звери включены в общую композицию, где фигурируют образы Средневековья: странствующие монахи, князья и простые горожане. Над скамьями по продольным стенам возвышается орган, над которым работал неизвестный немецкий мастер. Лежащие здесь же огромные рукописные книги создавали лучшие писцы испанского Возрождения, о чем можно догадаться по превосходным иллюстрациям.

Двадцать капелл храма устраивалось в течение нескольких столетий, и сегодня удивляют непохожестью планов и вертикальных форм, соответствующих разным стилям – от ранней готики до зрелого барокко. В церковной архитектуре капеллами называются небольшие комнаты, отведенные для общения с Богом и хранения реликвий. В соборе Толедо они также посвящались святым, нередко назывались другими именами и представляли собой гробницы с прахом родственников короля, прелатов или героев, удостоенных чести покоиться рядом с особами голубой крови за доблесть в сражениях.

Одно из ранних помещений подобного рода освящено в XIII веке в честь Фомы Кентерберийского. Спустя два столетия, после перехода в собственность герцога Альваро де ла Луна, оно было расширено и переделано в манере поздней готики. Преобразив интерьер, новый владелец решил сменить покровителя, посвятив свое приобретение первородному сыну Иакову. Благодаря мавританским мотивам, в частности звездообразному куполу, полумесяцам в фамильных гербах, резной решетке и тонкому сплошному орнаменту, старинная капелла обрела фантастически праздничный характер. Долгое время она служила усыпальницей рода де ла Луна, а первым здесь был похоронен родоначальник семейства, всемогущий министр короля Хуана II, закончивший жизнь на плахе. Немного позже место рядом с Альваро де ла Луна заняла его супруга Хуана Пиментель. Их великолепные гробницы исполнил скульптор Пабло Ортис по заказу дочери герцога.

Бурная жизнь покойного, его стойкость во время казни не раз становились сюжетной основой литературных произведений и, безусловно, нашли отражение в скульптуре усыпальницы. Если герцогиню символически охраняют монахи-францисканцы, то вокруг герцога расположились сторонники – коленопреклонные рыцари и верный паж со шлемом господина в руке. После смерти последнего де Луна капелла стала именоваться по названию ордена Сантьяго, к которому принадлежал Альваро. О военных пристрастиях герцога свидетельствует форма помещения: в законченном виде, со сторожевой башней и венчающими карниз зубцами оно стало походить на крепость.

Совсем другой вид имеет еще одна готическая капелла собора, посвященная Святому Бласу. Она является местом захоронения толедского архиепископа Педро Тенорио. Росписи потолка и стен здесь выполнены в праздничной манере Джотто ди Бондоне. Статуя, изображающая погребенного, лежит на саркофаге, который держат шесть мраморных львов. Такие композиции в эпоху Возрождения заказывали для себя правители Италии. Однако автором скульптуры все же является испанец, может быть обучавшийся у итальянских мастеров. Судя по сходству почерка, он принимал участие в создании капеллы Святого Ильдефонса, где на таких же львах покоится кардинал Хиль де Альборнос. Известно, что он делал распоряжения по устройству своей гробницы, благодаря чему она обрела черты торжественной роскоши, характерной для стиля высокой готики. Главный алтарь в этой капелле сделан в XVIII веке, когда в Испании появились первые памятники неоклассицизма. Священное место отделано мрамором, бронзой и яшмой, живописное сочетание которых любили и часто использовали местные скульпторы в эпоху Просвещения.

Создатель капеллы Новых королей после завершения работы получил звание архитектора собора. Он решил перекрыть просторное помещение тремя пролетами готических звездообразных сводов, таким образом получив своеобразную корону из листьев и цветов. Арка входа по бокам украшена статуями герольдов и опирается на колонны с пьедесталами, украшенными гротесками, или орнаментом, в котором причудливо сочетаются изобразительные и декоративные мотивы, например растения, животные, люди, маски. По эскизам Алонсо Коваррубиса исполнены гробницы королей, правивших во времена позднего Средневековья: Генриха II и его жены Хуаны, Генриха III и его жены Катерины Ланкастерской, Хуана II и его жены доньи Элеоноры. Зодчий поместил гробницы в ниши, также мастерски украшенные орнаментом, арками, пилястрами, гротесками. Над сооружением парят ангелы, держа в пухлых руках надгробные надписи для каждого короля.

Кроме капелл, к основному зданию собора примыкает ряд помещений, предназначенных для служителей. Раньше специальные комнаты отводились для богослужений, совещаний, организации торжественных шествий, отдыха высокопоставленных гостей, в число которых входили короли и папские нунции. В зале капитула регулярно собирались лица, составлявшие аппарат управления собора. В сакристии, аналогичной ризнице православного храма, хранились драгоценные культовые предметы. Красивым словом «саграрио» обозначалась сокровищница. За тяжелыми дверями реликвария Очаво скрывались от нескромного взора самые почитаемые святыни – мощи и принадлежавшие святым вещи. В гардеробной-вестиарио стояли большие сундуки, где были сложены облачения священников и статуй. Для испанского духовенства парадную одежду шили из златотканых тканей, дополняя сверкающими вышивками тонкой работы. Здесь изваяния одевались в настоящие наряды, правда, по особым дням, зато гораздо роскошней, чем живые служители культа. В расшитые драгоценными камнями и жемчугом платья облачали Богоматерь, голова которой обычно украшалась короной с крупными рубинами, сапфирами и смарагдами.

Мадрид и Толедо

Капелла Новых королей


Почти все капеллы собора отделены друг от друга и остальных помещений решетками. Исполненные с большим вкусом, они выкованы в основном из бронзы и отличаются разнообразными по сюжету и стилю рисунками в соответствии с декором помещения. Высоким мастерством удивляют решетки главного алтаря, относящиеся к творчеству известного мастера де Вильяльпандо.

Каждая капелла главного храма Толедо является настоящим музеем, поскольку заключает в себе невероятное для небольшого помещения количество скульптуры, гобеленов, художественной мебели, тканей, церковной утвари из золота и серебра. Хранилищем великолепных произведений живописи и пластики является саграрио. Самая крупная перестройка состоялась здесь в начале XVII века, после чего зал, один из немногих в храме, обрел черты классицизма. Второе его название, капелла Богоматери, связано со статуей Девы Марии, созданной еще во времена вестготов. Фигура святой одета в роскошное, щедро украшенное камнями платье из ткани, гармонирующей с тусклым мерцанием серебра, из которого выполнен трон.

В реконструкции саграрио принимал участие Хорхе Теотокопули, сын местного живописца Эль Греко, прославившегося на весь мир своей оригинальной манерой письма. По окончании работ помещение стало намного просторней за счет трех соседних капелл и купола из восьми частей. Одну половину потолка архитектор занял окнами, а вторую распорядился украсить фресками с изображением сцен из жизни Богоматери и наиболее чтимых святых. Удачным приемом оформления стен стало использование дорогих сортов мрамора. Светлые тона благородного камня послужили прекрасным фоном для живописных шедевров и подчеркнули красоту резьбы дверей, выполненных Алонсо Коваррубиасом в 1537 году, когда в европейском искусстве царил Ренессанс. Тем не менее некоторые элементы отделки, например балдахины над скульптурами Иисуса Христа и апостола Павла, созданы в готическом стиле. По испанской традиции сбоку от них помещена скульптурная символика кастильских монархов и герб кардинала дона Жуана де Таверы.

В саграрио собора хранится выдающийся памятник ювелирного искусства Испании – дарохранительница, созданная мастером золотых дел Энрико де Арфе по заказу кардинала Сиснероса. Трехметровое сооружение сделано в основном из американского серебра и покрыто позолотой. Часть материала получена путем переплавки ранних произведений. Монументальная пирамида сплошь покрыта разнообразными декоративными рельефами, в которых ощущается влияние готики. В оформлении креста дарохранительницы использовано 86 жемчужин и 4 больших смарагда. Расположенные на ней 260 миниатюрных статуй привлекают своей жизненностью. Внутри дарохранительницы находятся сосуды для благовоний, колокольчики и предметы христианского культа под названием «монстранц». Последние усыпаны драгоценными камнями и помещены в рамку, выполненную в стиле Ренессанс.

Мадрид и Толедо

Капелла сокровищ


Очаво, куда из саграрио ведет открытая арка, венчает столь же впечатляющий купол. Стены реликвария также отделаны редкими видами мрамора, дополненного яшмой и бронзой. Впрочем, великолепный декор здесь служит всего лишь достойной рамкой для истинных ценностей. Священные реликвии хранятся в мраморных ларях. Тернии от венца Иисуса Христа лежат в вазе из горного хрусталя, которую держит серебряный ангел. Живописная часть раннего интерьера Очаво принадлежит кисти художника Кареньо де Миранда. В XVIII веке при очередной реконструкции его ренессансные работы были уничтожены и заменены фресками Маэльи, предпочитавшего барокко.

Мадрид и Толедо

Сакристия


В декоративной и удивительно живописной архитектуре собора объединяются все художественные стили Испании. Постройки, фасады и внутреннее убранство воспринимаются как единая композиция несмотря на многочисленные перестройки и долгий срок исполнения отдельных деталей. С севера к основному зданию примыкает обширный клуатр, как в католичестве именуется внутренний двор храма. Начало его постройки относится к 1380 году, а завершение состоялось почти через 500 лет, когда росписи Хуана де Боргонья были заменены работами Байеу. Цельности впечатления в немалой степени способствуют витражные окна. Рисунки на стеклах исполнены в фиолетовых, красных, зеленых, синих и золотистых тонах по эскизам известных толедских зодчих, отца и сына Вергаров. Витраж на главном фасаде, столь же изысканный по рисунку и сочный по цвету, сделан в форме готической розы. В главном храме старой столицы имеются сотни уникальных произведений искусства. На осмотр всех сокровищ собора требуется несколько дней. Гостям города рекомендуют посетить его в дни торжественных богослужений, когда все предметы находятся не в ризнице, а на видных местах, определенных многовековым ритуалом.

Мадрид и Толедо

Галерея клуатра


В современном Толедо имеется такое множество ценностей, что великолепные образцы изобразительного искусства часто размещаются не в музеях, а за ветхими стенами старинных построек. Путешественники, любуясь красивым узором фасада, иногда не подозревают о том, что внутри находится уникальная вещь. Возведенная в 1540 году церковь Сан-Хуан де Батиста при одноименном госпитале скрывает в себе последнее произведение Алонсо Берругете – мавзолей основателя, кардинала де Таверы, вложившего в этот храм свои последние силы и личные средства.

Стороны гробницы украшены рельефами «Иоанн Креститель», «Крещение», «Избиение младенцев», «Апостол Иаков» и «Битва при Клавихо». По углам художник расположил четыре мастерски высполненные кариатиды и орлов, охватывающих крыльями все сооружение; внизу поместил несколько групп обнаженных детей.

Мадрид и Толедо

Эль Греко. Портрет кардинала де Таверы


Надпись на гробнице гласит: «Сделано Берругете, сеньором де Вентоса, известным скульптором и живописцем». Однако творчество знаменитого мастера здесь представлено лишь частично, поскольку он сошел в могилу вскоре после кончины кардинала, и памятник завершил его сын вместе с учеником отца Парисом дель Нава. У ног и головы де Таверы помещены статуи горюющих добродетелей. Мраморная фигура святого отца покоится на ложе тонкой работы, выполненном из того же благородного материала. Профиль лица необыкновенно изящен, тогда как костлявые руки выглядят высохшими даже под перчатками. Строгость внешности подчеркнута атрибутами духовной власти, в частности четкой формой митры, богато украшенной драгоценными камнями. Спокойствие мраморного лица, тяжело ниспадающие складки одежды словно напоминают о суровом величии смерти. При беглом взгляде на фигуру можно вообразить настоящий труп, а не шедевр, возникший под резцом знаменитого ваятеля.

Старинная синагога некогда возвышалась над убогими домишками еврейского квартала. Странно, что в приюте нищеты и болезней появилось столь элегантное, роскошно убранное здание из белоснежного кирпича, изумляющее своими изысканными формами. Иудаистское святилище располагалось на этом месте с XII века, но спустя два столетия было отстроено заново и в 1411 году обращено в христианскую церковь, посвященную богоматери Санта-Мария ла Бланка. Имя святой в переводе с испанского языка означает «Белая». Цвет, в христианстве символизирующий чистоту, царил как внутри, так и снаружи храма, перекликаясь с грациозной пропорциональностью деталей.

В течение многих лет существования церковь последовательно превращалась в убежище для раскаявшихся грешников, пустынь и казармы, пока не была реставрирована для того, чтобы стать музеем. Ряды восьмигранных столбов делят ее внутреннее пространство на пять частей. Тонкого рисунка узоры восхищают мастерским исполнением и разнообразием.

Светлые тона и тщательность кладки придают архитектуре легкость, какая редко встречается в зданиях того времени. Впечатление невесомости усиливает великолепный резной потолок с кессонами, который опирается на аркады подковообразной формы. Каждая колонна оформлена капителями из окрашенного гипса. Оригинальный декор столбов можно отнести к коринфскому ордеру, где также использовались свернутые в волюты листья и рисунок, напоминающий сосновые шишки.

Мадрид и Толедо

Внутренний вид церкви Санта-Мария ла Бланка


Не менее изящны орнаменты церкви Эль Трансито де Нуэстра Сеньора, которая вначале тоже принадлежала иудеям. Перейдя к христианскому духовенству, она недолго служила членам ордена Калатрава под названием Сан-Бенито. Эта часть истории храма увековечена на надгробных плитах, под которыми покоятся самые доблестные рыцари союза. Позже церковь была посвящена Успению Богоматери и получила имя, сохранившееся за ней до настоящего времени.

Высокая, скромная снаружи, с единственным нефом внутри, Эль Трансито де Нуэстра Сеньора производит очень яркое впечатление благодаря орнаменту, сплошь покрывающему ее стены. Тонкостью работы удивляет широкий фриз из гипса с рисунком на мотивы виноградных лоз, среди которых помещены гербы кастильских королей. Красивая сама по себе, узорчатая полоса выглядит еще эффектней в обрамлении лепнины в виде священных текстов на иврите. Выше идет аркатура с многолопастными арками, опирающимися на небольшие колонны из разноцветного мрамора с пышными капителями; арки большей частью являются всего лишь декоративным элементом, но некоторые из них служат окнами. Столь же прекрасен деревянный потолок зала, обильно покрытый лепными украшениями из гипса.

Во времена, когда церковь Эль Трансито де Нуэстра Сеньора была синагогой, на западной ее стороне размещались эмпоры – подобное хорам отделение, где во время службы сидели женщины. Тогда же из синагоги вел крытый переход в огромный дом хранителя королевской казны Самуила бен Мейера Халеви, где тот хранил свои богатства. Когда слухи о сокровищах дошли до короля, их владелец был посажен в тюрьму, деньги и ценности перешли в казну, а во дворце поселился маркиз Энрике де Вильена. Будучи придворным поэтом, он увлекался алхимией, пользовался уважением при дворе, но в народе слыл колдуном, возможно из-за лаборатории, в которой работал по ночам.

К сожалению, второй владелец дома, так же как и первый, закончил жизнь преждевременно и не в собственной постели. После смерти де Вильены в огонь была брошена его уникальная библиотека и часть имущества, отнесенная к еретическим увлечениям маркиза. Таковым посчитались трактат «Искусство стихосложения», переводы Вергилия и Данте, аллегория «Труды Геркулеса» и, конечно, «Книга о дурном глазе, или О порче», которую инквизиторы не удосужились прочитать.

Мадрид и Толедо

Узоры стен церкви Эль Трансито де Нуэстра Сеньора


Таинственный дворец пустовал много лет, словно дожидаясь очередной жертвы, но, к счастью, никаких бед в нем больше не произошло. В свое время дом, вернее то немногое, что от него осталось, приобрел известный испанский искусствовед де ла Вега Инклан. Новый хозяин буквально воскресил здание, установив во дворе старый фрагмент, оставленный в качестве памятника несчастному казначею Самуилу бен Мейера Халеви. После того как несчастный дворец осчастливил своим присутствием Эль Греко, дом стал называться именем великого живописца.

Монастырь Сан-Хуан де лос Рейес появился как воплощение мечты кардинала Мендосы, не успевшего воздвигнуть гробницу-памятник испанским королям. Избранный королевой Изабеллой зодчий Хуан Гуас вначале предложил довольно скромный проект, отвергнутый со словами: «Нам эта безделица не нужна». Зато новый архитектурный образ, более крупный, сложный и богато декорированный, получил одобрение и щедрое обеспечение. Королевских денег вполне хватило на светлый гранит для главной церкви, как нельзя лучше подходивший к ренессансным формам.

Мадрид и Толедо

Церковь монастыря Сан-Хуан де лос Рейес


Изящный по силуэту главный храм обители с первого взгляда умиротворяет спокойствием линий. Благодаря капеллам и широко расставленным контрфорсам его внутреннее пространство кажется шире, чем в реальности.

Пылкая фантазия архитектора заметна в конструкции купола с нервюрами, образующими восьмиугольную звезду с квадратом посредине. По подобию мавританских построек центр свода представляет собой перекрестие двух арок. Сказочно прекрасный декор единственного зала вводит зрителя в мир святых, геральдических зверей и химер. Всевозможные эмблемы, гербы, надписи, фантастические узоры из белого известняка сделали храм монастыря Сан-Хуан де лос Рейес одним из самых романтичных сооружений Европы. Затейливый орнамент на стенах, дверях и королевских креслах повторяется на колоннах, соседствуя со скульптурными картинами. В рельефах присутствуют изображения огромных орлов с распростертыми крыльями, несущих в клювах гербы Католических королей Фердинанда и Изабеллы.

В формах и убранстве внутреннего дворика обители невозможно не почувствовать те же качества, что и в фасадах: легкость, пропорциональность, спокойствие. В целом небольшая площадка, как всюду в мавританских постройках Испании, окружена двухэтажной аркадой. В верхнем уровне многолопастные арки ограничены тонким карнизом и наполовину прикрыты балюстрадой. В верхнем этаже каждая из заостренных арок разделяется на две такие же детали, хотя зрительно сливается с ними из-за каменной решетки с рисунком, напоминающим гипюр. Еще одна великолепная решетка возвышается над аркатурой двора и отделана сверху пинаклями. Одна из дверей украшена рельефами работы Алонсо Берругете, где представлена святая Вероника с платом Иисуса Христа.

Мадрид и Толедо

Интерьер церкви монастыря Сан-Хуан де лос Рейес


Вдоль внутренних стенок помещены статуи других евангельских героев, а также посвященные королям лепные надписи с арабесками, изображениями цветов, листьев и веток. Рядом со скульптурами святых висят цепи узников-христиан, освобожденных из мавританского плена после захвата Толедо войсками Альфонса VI.

Вторая дверь ведет в Большую трапезную монастыря, где над аркой имеется изображение трупа: испанцы не испытывают трепета перед смертью, поэтому даже за едой могут думать о бренности земного бытия. В одном из соседних со столовой помещений имеется бесценное сокровище – живописная работа Хуана де Боргонья «История Креста Господня». Первый зодчий монастыря Сан-Хуан де лос Рейес, безусловно, работал с помощниками. Однако почерк талантливого мастера заметен в старых и напоминает о себе в новых постройках. Начатая в конце XV века с возведения церкви и клуатра, обитель была завершена почти через два века и вновь разрушена в 1808 году, в период войны с французами. Прах создателя монастыря находится в гробнице, на территории храма Сан-Юсто в Толедо. Надгробный памятник, исполненный в стиле мудехар, украшен портретом самого архитектора, его жены Марианны Альварес, сына и дочери. Удивительно, что фигуры супругов, одетых в будничные платья из темно-коричневого и синего холста, представлены на фоне парчовой ткани. Желая подчеркнуть значимость рода, художник поместил в композицию фамильный герб.

Богатство католической церкви во многом обусловило ее огромное значение в жизни Испании. Представители высшего духовенства содействовали организации в государствах Пиренейского полуострова монашеских и рыцарских орденов.

Мадрид и Толедо

Двор монастыря Сан-Хуан де лос Рейес


Помимо Сантьяго, наиболее влиятельным из монашеских союзов долгое время был орден доминиканцев, отличавшийся суровым уставом, строгой централизацией. Из их числа назначалось большинство инквизиторов. Они украшали свои белые рясы изображением собаки, которая держала в пасти пылающий факел и дала название общине: в переводе с латыни фраза «domini canes» означает «псы Господни». По поводу пса без ошибки сказать что-либо трудно, а огонь, безусловно, символизировал борьбу с еретиками. Являясь членами нищенствующего ордена, доминиканцы владели значительными средствами, ведь для занятий богословием им были необходимы библиотеки, а для ухода за теми, кто избежал костра – отдельные кельи и целые здания, которые со временем преобразились в госпитали.


Корона Испании | Мадрид и Толедо | Гостеприимные дома