home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Сторона Себальд

Появившись на окраине франкского королевства, деревня Норимберг быстро стала городом. Испытывая постоянный приток населения, он так же скоро стал самым крупным среди множества малых немецких поселений. Через него шла бойкая торговля северных стран с южными, западных с восточными. Правила в имперской вотчине диктовали не правители, а цеховые братства, и так продолжалось не одно столетие. Впрочем, город не только торговал, но и производил, изобретая и применяя новшества в быту, что в ту смутную пору представляло большие трудности. Постепенно разрастаясь, он перекинулся на другую сторону реки Пегниц, разделившись на две части, названия которых определяли церкви: Святого Себальда (северные кварталы или сторона Себальд) и Святого Лаврентия (южные кварталы или сторона Лоренц).

Мюнхен и Нюрнберг

Сторона Себальд. Фотография, начало XX века


Суровые цеховые уставы не помешали нюрнбергцам представить миру карманные часы, токарный станок, кларнет, наперсток и глобус, на котором еще не было Америки. Здесь впервые в мире появилась карандашная фабрика, и здесь же по первой германской железной дороге торжественно проследовала невиданная прежде машина – паровоз. Наладив серийное производство компасов и карт, город посчитал себя причастным к мореплаванию, а затем, первым в своей стране учредив академию и гимназию, которую в свое время возглавлял великий философ Гегель, по праву отнес себя к центрам европейского просвещения. Накопив немалые богатства, совет приглашал лучших архитекторов, мастеров, художников, учителей. Всего этого вкупе со статусом имперской столицы было достаточно для благоговейного отношения немцев к Нюрнбергу.

Если верить статистике, в средневековой Германии насчитывалось около 3 тысяч городов, но лишь в 15 из них население превышало 10 тысяч человек. В Нюрнберге проживало 25 тысяч бюргеров и примерно столько же временных обитателей: наемных работников, школяров, негоциантов, нищенствующих особ и богомольцев. О количестве пришлого люда можно было судить по сутолоке на Рыночной площади (нем. Hauptmarkt), до сих пор известной своими рождественскими ярмарками, скульптурой и источниками, своеобразно представляющими разные стили.

Высокая готика воплощена в затейливой резьбе Прекрасного фонтана (нем. Schone Brunnen). Созданный мастером Генрихом Балье в 1396 году, значительно реконструированный в середине XIX века, он сохранил средневековый вид и, как прежде, возвышается посреди Рыночной площади. Когда-то это сооружение было примитивным колодцем, а великолепная ажурная надстройка над ним – шпилем стоящего напротив храма, который, в свою очередь, занял место уничтоженной синагоги. Получив заказ, мастер поторопился, сделав навершие до закладки церкви; она так и не появилась на свет и творение Балье решили водрузить над колодцем.

Блестящий образец пластического искусства представляет собой богато украшенная 19-метровая композиция, которую, наряду с аллегорическими фигурами, составляют образы реальных людей. Нижние статуи изображают курфюрстов, принцев и библейских героев. В этой части рядом с Юлием Цезарем, Александром Македонским, Карлом Великим, королем захваченной крестоносцами Палестины Готфридом Бульонским и варварским королем Хлодвигом помещены Гектор, Иуда Маккавей, Иисус Навин, Давид; над ними возвышаются статуи Моисея и 7 пророков.

Несмотря на чарующую красоту, Прекрасный фонтан привлекает не только любителей искусства. Многие приходят сюда для того, чтобы испытать на себе действие «колец судьбы» – темного и светло-желтого, помещенных мастером на литую решетку ограды. Собственно, интерес представляет лишь «золотое», которое при ближайшем рассмотрении оказывается сделанным из обыкновенной латуни. Однако люди верят, что драгоценный металл скрывается внутри, а само кольцо способно оградить от жизненных невзгод, как получилось с создателем фонтана. По слухам, молодой Балье старался ради расположения отца своей возлюбленной. Неизвестно, удалось ли ему жениться, но любовь соотечественников он завоевал, поскольку в городе «золотое» кольцо сразу посчиталось волшебным. Сегодня почти каждый прохожий не упустит случая дотянуться до него и повертеть, таким образом привлекая удачу. Однако получается это далеко не у всех, и правильно, ведь для того, чтобы обрести счастье, нужно хотя бы немного потрудиться.

Мюнхен и Нюрнберг

Рыночная площадь Нюрнберга


Пламенеющую готику сменяет холодноватый Ренессанс, отраженный в декоре патрицианских дворцов, подобных Фембохаусу, где сегодня располагается Музей истории. Рациональное и в то же время безудержно фантастичное искусство северного Возрождения в старом Нюрнберге предстает повсюду, и в самом неожиданном облике. Наиболее впечатляющим зрелищем являются каменные персонажи Альбрехта Дюрера и Ганса Сакса, своеобразно трактованные современными немецкими ваятелями. Расставленные в виде монументальной скульптуры на улицах и площадях, они удивляют, а порой и пугают гостей города, как, например, жутковатая карикатура на дюреровского «Молодого кролика»: бронзовый зверь гигантских размеров раздавил человека, а другие, поменьше, начинают его пожирать. Не радует приятным сюжетом многофигурная группа фонтана «Брачная карусель». Сцена, виртуозно исполненная профессором Юргеном Вебером, не случайно кажется такой жизненной, ведь автор воспользовался автобиографическим стихотворением Ганса Сакса «Сладко-горькая жизнь в браке».

Мюнхен и Нюрнберг

Фонтан «Брачная карусель»


Пышно украшенный фонтан «Купидон» придает эффектный, хотя и немного странный вид городской ратуше, выходящей на рыночную площадь своим длинным фасадом. Невозможно догадаться, что за внешними стенами, отделанными в начале XVII века по канонам итальянского Ренессанса, скрывается зал, который старше самого здания на два столетия. Кроме роскошных деревянных сводов, его украшают фрески, выполненные по работам Дюрера: «Триумф императора Максимилиана», «Музыкант и глава певцов», «Мидан, убеждающийся в своем невежестве». Росписи оконных проемов принадлежат кисти немецкого живописца Гиршфогеля, тоже избравшего исторические и библейские сцены. На средней колонне зала изображена казнь на гильотине, что удивительно, поскольку, по всеобщему мнению, этот смертоносный инструмент был изобретен во времена Великой французской революции.

Некогда потолок в длинном коридоре ратуши покрывал гипсовый барельеф с фигурами в натуральную величину. Изображенная на нем сцена – рыцари, сражающиеся на нюрнбергском турнире 1446 года, – принадлежала новому зданию, как и художественно оформленный план Вены, подаренный городу австрийской императрицей Марией-Терезией. В более поздних помещениях тоже имелись великолепные потолки из резного дерева. Созданные по средневековым образцам, они служили достойным обрамлением для предметов искусства ушедшей эпохи.

Члены городского совета не без помощи императоров украшали свой дом очень ценными в материальном и в духовном отношении вещами, приобретенными за большие деньги либо подаренными представительствами других городов. В многочисленных помещениях ратуши находились такие предметы, как обрамленное резным деревом распятие из Ландау, старинная рака, красивая посуда из стекла, большое деревянное панно со сценами Страшного суда, чаши древних корпораций, рельефный план окрестностей Зальцбурга и план средневекового Нюрнберга. Две серебряные чаши составляли композицию с двумя миниатюрными ящерицами, выполненными из того же металла и тем же, вероятно, голландским ювелиром. Прославленный мастер Петер Вишер специально для этой выставки выполнил из бронзы две статуэтки – собаку и амура.

Мюнхен и Нюрнберг

Мост мясников Фляйшбрюке, созданный по подобию венецианского Риальто


Живописное собрание нюрнбергской ратуши составляли работы Дюрера («Карл Великий» и «Император Сигизмунд»), Рембрандта («Портрет юноши»), Рубенса («Богородица»), Каналетто («Состязание венецианских гондол»), Вольгемута («Христос, судья мира»), Пенча («Портрет Эразма Роттердамского»), а также большое полотно Ханса Бургкмайра «Турнир в Аугсбурге, при восшествии на престол Карла V».

Воплощенная в ратуше эпоха барокко продолжается в формах и украшениях Моста мясников (нем. Fleischerbrucke). Созданный по подобию знаменитого Риальто в Венеции, он является произведением мастера Вольфа-Старшего, чей сын немного позже построил ратушу. О заказчиках и поначалу основных пользователях моста – городских мясниках – напоминает статуя быка, горделиво возлежащего над латинской надписью, которая в примерном переводе означает: «Все имеет начало и конец, но лишь этот бык никогда не был теленком».

Продолжением темы домашних животных служит фонтан «Человек с гусями», где тонкие струйки воды льются из птичьих клювов. Он стоит на соседней, тоже рыночной площади, именовавшейся Гусиной (нем. Gansemarkt), поскольку на ней издавна торговали птицей. Ассортимент базара с годами расширялся, и власти города, желая увековечить ее давнишнее назначение, заказали статую-символ молодому ваятелю Лабенвольфу, ученику знаменитого Вишера. Глядя на его творение, зритель сразу понимает, чем издавна славилась эта часть Нюрнберга. Небольшая отлитая в бронзе скульптура изображает обаятельного крестьянина Гансеманхена, который несет на рынок продавать птиц. Вместе с тем незатейливая композиция рассказывает о том, как герой заложил в пивной все свое имущество, а добрые птицы каким-то образом спасли его от пьянства и даже способствовали тому, что к хозяину вернулись заложенные вещи.


Крепость кайзеров | Мюнхен и Нюрнберг | Гении храма