home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

Лейтенанту госбезопасности Сергею Горелову частенько доводилось бывать в Наркомате по делам службы, но этот срочный вызов туда, да еще с высылкой их машины, да еще через голову собственного начальства его порядком взволновал. Он быстро собрался, надел кожаный плащ с меховым воротником, шапку-финку и быстрым шагом направился к лестнице. Спустившись на первый этаж, и пройдя через два поста охраны, Сергей оказался на улице. Здание ЦКБ-29, где он был начальником одного из спецтехотделов, или просто СТО, находилось на улице Радио.

Машина из Наркомата пришла даже раньше, чем он успел докурить папиросу. Всю дорогу до Лубянки Горелов прокручивал в голове текущие дела и гадал о причинах вызова. Но к определенному выводу так и не пришел, что только добавило волнения.

В Наркомате после предъявления документов ему без объяснений предложили проследовать за сопровождающим. В результате Сергей оказался перед дверью в кабинет самого наркома. Сопровождающий знаком предложил ему подождать, сам зашел в приемную, а через десяток секунд появился снова и предложил заходить. Горелов глубоко вздохнул и шагнул внутрь.

В приемной кроме секретаря находилось еще пять человек. Двоих Сергей знал, они тоже были из Особого Технического Бюро (ОТБ) НКВД, а трое остальных не были ему знакомы. Все пятеро довольно молоды, в званиях от лейтенанта до капитана госбезопасности. Присев на указанное ему место Горелов одними глазами послал немой вопрос Вадику Иванову, с которым был знаком накоротке. Тот незаметно пожал плечами, показывая, что тоже не в курсе. В приемной пришлось просидеть минут двадцать, после чего было сказано, что нарком их ждет.

Кроме наркома товарища Берия, которого Сергею раньше вблизи видеть не доводилось, в кабинете присутствовал полный и громоздкий комиссар госбезопасности второго ранга Кобулов, занимавший пост начальника Главного Экономического Управления (ГЭУ) НКВД. Берия явно был в хорошем настроении, он благосклонно кивнул после рапортов и приветливо улыбаясь, предложил садиться.

— Мы вас пригласили, товарищи, чтобы поручить крайне важное и крайне секретное дело. Товарищи вы молодые, грамотные, все с образованием, а главное проверенные. — Нарком снова улыбнулся.

— Сейчас я введу вас в курс дела, заранее попрошу не удивляться.

Не удивляться оказалось трудно, то, что сообщил нарком, по мнению Сергея, вообще ни в какие ворота не лезло. Целый самолет из будущего, да еще и с людьми! Правда самолет большей частью сгорел, да и люди почти все погибли, но тем не менее! Услышь он нечто подобное от кого еще — ни за что не поверил бы!

— Ваша группа будет непосредственно заниматься уцелевшими, — сообщил нарком. — Сами понимаете, эти люди являются носителями крайне важной стратегической информации. Ваша задача получить эту информацию и предложить варианты ее использования в интересах Советского народа и государства. Сохранив, обращаю на это особое внимание, в строжайшей тайне источник получения сведений. Это теперь важнейшая государственная тайна высочайшего уровня. Кроме здесь присутствующих и самого товарища Сталина никто ничего не должен узнать.

— Всего осталось в живых восемь человек… гостей из будущего, — продолжил Берия после многозначительной паузы. — Из них двое пока в госпитале в Свердловске, их должны доставить в Москву через неделю-другую. С остальными немедленно начинайте работать. Время крайне ограничено. Я лично успел поговорить с… гостями. Все они в один голос утверждают, что не позднее чем через полгода СССР предстоит крайне тяжелая война с фашистской Германией. Война, в которой мы, разумеется, победим, но с огромным напряжением сил и очень болезненными потерями. Мы должны, просто обязаны, изменить ситуацию. От скорости и точности вашей работы зависят жизни многих миллионов советских граждан, которые могут погибнуть, если вы не справитесь с порученным делом. — Нарком сделал еще одну паузу и оценивающе обвел глазами лица присутствующих.

— Контингент вам достался, прямо скажем не первосортный, — сообщил Берия, слегка поморщившись. — Серьезных ученых, выдающихся инженеров и прославленных полководцев среди них, похоже, нет. Обычные рядовые граждане. Но, учитывая ситуацию, даже простые обрывки общеизвестных в их время сведений могут иметь для нас огромное значение. Например, один из уцелевших — простой врач районной поликлиники в Якутске. Казалось бы, что он может сообщить кроме сведений о современных ему методах лечения и новых лекарственных препаратах? Но в процессе беседы с ним выяснилось, что на территории Якутии, а именно в среднем течении реки Вилюй, имеются коренные месторождения алмазов. Настоящие алмазные трубки, как в южной Африке! Настоящие алмазные трубки, — возбужденно повторил Берия, его кавказский акцент стал более заметен.

— Возможно не все вы в курсе, но наша промышленность испытывает настоящий алмазный голод. Ведь алмазный инструмент позволяет обрабатывать самые твердые материалы. Мы вынуждены тратить большие деньги на разработку рассыпных месторождений с крайне низким содержанием алмазов, но их все равно не хватает. Приходится покупать за границей, тратить на это валюту.

— Конечно, товарищам геологам придется хорошенько поработать, чтобы отыскать эти алмазные трубки в якутской глухомани, но мы теперь знаем где, и что именно нам надо искать! Еще этот врач сообщил, что разведку следует вести по сопутствующим алмазам минералам — пиропам — вычитал в какой-то статье в местной газете. Это тоже должно облегчить поиски. В результате страна может сэкономить многие миллионы рублей на геологоразведке, полностью обеспечить себя важным стратегическим сырьем и даже заработать валюту. Продадим богатеньким дамочкам глупые побрякушки, а взамен сможем приобрести нужные нам станки и машины. — Все присутствующие оживились.

— Поэтому вам следует быть очень внимательными, — сказал Берия с улыбкой. — Кто знает, что еще мы можем вытянуть у этих людей?

— Но в первую очередь, — продолжил нарком, похоже с неохотой переходя на другую тему, — вам следует разобраться с причинами обидных неудач Красной Армии в начальный период… будущей войны. Есть мнение, — последовала еще одна многозначительная пауза, — что наши военные товарищи в больших чинах многое не учли, многое сделали неправильно, а многое не сделали вовсе. В результате их ошибок Советское государство оказалось в сложном и опасном положении. И изменить ситуацию удалось только благодаря мудрому руководству и гениальной прозорливости товарища Сталина и героизму Советского народа. А вы товарищи хоть и без больших чинов, но зато, как я уже говорил, молодые, мозги еще не успели закоснеть. Трое из вас недавно закончили Военные академии РККА. Вот и разберитесь насколько возможно, что же именно произошло и что именно мы должны учесть или исправить. Задача это непростая, ибо… гости из будущего не специалисты в данном вопросе, а источники их сведений большей частью противоречивы или сомнительны. Один уверенно утверждает, что Красной армии лучше оставить наши новые западные области и занять оборону на линии укреплений старой границы. Другой, не менее уверенно заявляет, что нам лучше опередить Гитлера и первыми нанести удар. Один говорит, что генерал армии Жуков выдающийся советский военноначальник, сыгравший важную роль в победе над фашизмом. А другой говорит, что генерал Жуков бездарь, мясник, бонапартист и выигрывал сражения исключительно за счет подавляющего превосходства и тяжелых потерь личного состава. И кому мы должны верить? Вот вы, Богдан Захарович, — Берия посмотрел на Кобулова, — кому бы поверили?

— Возможно истина посредине, Лаврентий Павлович, — неуверенно отозвался тот.

— Возможно и посредине, а возможно и нет. Возможно, один говорит, что дважды два четыре, а другой утверждает, что дважды два равняется шести. И что за истина будет посредине? Чтобы принимать важные решения, руководству страны нужны максимально точные данные. Пока они таковы: 22 июня 19 41 года фашистская Германия вероломно напала на СССР и нанесла нам ряд тяжелых поражений на фронте. Немцам удалось прорваться до Москвы. Впоследствии ситуацию удалось переломить и в мае 1945 года наши войска взяли Берлин, а Германии пришлось подписать безоговорочную капитуляцию.

Но при этом Советский Союз потерял более двадцати миллионов человек, считая вместе с гражданским населением. Было разрушено множество городов и промышленных предприятий. Товарищ Сталин считает такой вариант развития событий абсолютно неприемлемым, а наши потери недопустимо большими. Если уж нам предстоит воевать, то это должна быть другая война! Историю следует изменить!

Сергей вздрогнул и чуть подался вперед. Это его движение было замечено наркомом.

— Вы что-то хотите сказать, лейтенант? — поинтересовался он.

Горелова бросило в жар, — Я, товарищ генеральный комиссар госбезопасности, я хотел… А разве историю вообще можно изменить? Ведь это нарушение причинно-следственных связей! Как это сделать? И можно ли вообще?

— Правильно ставите вопросы, лейтенант, — Берия посмотрел на него с дружелюбной иронией. — Вот что значит университетское образование!

— Один молодой человек из… этих, явно большой любитель фантастических романов, уже просветил меня на этот счет. Что существует некий Принцип причинности, якобы запрещающий путешествия во времени. Но также он рассказал о существовании теории, которая гласит, что в случае возможности нескольких исходов какого-либо события, на самом деле осуществляются они все. Просто мы на своей, как он выразился, исторической линии наблюдаем только один из них. И еще что-то там говорил о неких параллельных мирах. Но это глубокая философия. Лично я предпочитаю эмпирику. Поэтому был проведен небольшой эксперимент. Допустим, некий человек, — Берия хмыкнул, — условно назовем его «кукурузник», в далеком будущем был выдвинут на некий высокий партийный пост. На этом посту он прочитал на одном из съездов партии некий важный доклад, имевший огромное значение для страны и мира. И там, в далеком будущем, этот факт был зафиксирован в партийных документах, газетных статьях, научных монографиях и даже в школьных учебниках. Но здесь, у нас, сейчас вдруг неожиданно выяснилось, что этот «кукурузник» является скрытым троцкистом и опасным заговорщиком. Не далее как вчера Военной коллегией Верховного Суда СССР он был приговорен к высшей мере наказания, а сегодня утром я лично присутствовал на приведение приговора в исполнение и на его похоронах. Совершенно не представляю, как он теперь будет занимать высокие посты, пусть даже и в далеком будущем, и читать там доклады на партийных съездах. Выходит, что будущее изменить все же можно! И мы его изменим!

Далее нарком перешел к организационным и техническим вопросам. Начальником нового подразделения НКВД — Особого исследовательского бюро (ОИБ) Берия назначил не Кобулова, как предполагал Сергей, а лично себя. Кобулова же назначил заместителем, с сохранением за ним должности начальника ГЭУ.

Что же касается режима содержания «объектов», то, несмотря на требование максимальной изоляции, его предполагалось сделать по возможности свободным и комфортным.

— Эти товарищи не совершили никаких преступлений против Советской власти, а если и совершили, то в далеком будущем, что вне пределов нашей юрисдикции, — усмехнулся Берия. — Поэтому мы не можем держать их в тюремных камерах. Кроме того, это нерационально, будет препятствовать созданию товарищеской доверительной атмосферы.

Правильнее найти в окрестностях Москвы отдельно стоящую небольшую усадьбу в приличном состоянии, с хорошим подъездом. Товарищ Сталин и я тоже еще не раз захотим побеседовать с нашими гостями.

В завершении инструктажа Берия внимательно оглядел присутствующих офицеров.

— Еще один важный вопрос, — улыбка исчезла с лица наркома, а его взгляд стал жестким и холодным. — В беседах с вашими подопечными вы непременно узнаете, что там, в будущем дело Ленина-Сталина было предано. Созданная потом и кровью миллионов советских людей держава была разрушена, а вместе с ней пала и Мировая система социализма, в которую в то время уже входило множество государств. Пробравшиеся в верхи партии и государства перерожденцы и предатели пустили на ветер наши труды и обратили их в личные счета в иностранных банках. Им надоело служить народу, они хотели иметь все в частной собственности, чтобы наслаждаться жизнью и бездельем за счет народа и во вред ему. Мы знаем, как такое происходит. Совсем недавно наши органы под руководством товарища Сталина ликвидировали крупный заговор подобных мерзавцев. Но вот наши «товарищи потомки» явно оказались не на высоте, у них подлым заговорщикам удалось одержать победу. Товарищ Сталин сказал, что видимо мы, были непозволительно мягки. Видимо проявили излишний либерализм. Видимо эту заразу следовало выжигать каленым железом без малейшей жалости, чтобы она уже никогда не возродилась. Теперь данный нам в будущем урок будет усвоен. Допущенные ошибки будут исправлены! Такое будущее не состоится! Мы его не допустим!

Получив это напутствие, порядком ошарашенные, офицеры покинули кабинет наркома, и совещание было продолжено уже в кабинете Кобулова. Тот еще раз подчеркнул важность и секретность задания, а особенно его срочность. Начать работу с «гостями» следовало не далее как завтра, не дожидаясь пока тех переместят из внутренней тюрьмы Лубянки, где они пока в относительно приличных условиях содержались, на новое место. Подбор этого места и прочие хозяйственные проблемы комиссар взял на себя, а вот темы и методы бесед предложил немедленно разработать новоиспеченным сотрудникам ОИБ. В процессе обсуждения было решено, не допуская общения «гостей» между собой, по особенно важным или неясным вопросам беседовать с каждым, тщательно фиксировать такие беседы, а потом сравнивать. Учитывая требования абсолютной секретности, а также тот факт, что большинство офицеров не прошли курсов стенографии, Кобулов обещал изыскать несколько комплектов закупленных для НКВД в Германии новейших звукозаписывающих аппаратов фирмы AEG, называемых «магнетофонами». Впрочем, стенограммы бесед все равно требовалось ежедневно расшифровывать и перепечатывать на машинке лично.

Кроме того, были предварительно определены основные направления и назначены ответственные за них. Горелову, как он и ожидал, досталась работа по его «специальности» в ЦКБ-29, то есть по авиации всему с ней связанному. А плюс к тому сбор информации о грядущих научных открытиях.

Совещание продолжалось часа три, после чего Кобулов предложил каждому сегодня хорошо все продумать, а с утра приступать к делу. Потом закрыл совещание, и отправил фотографироваться на новые удостоверения и спецпропуска.


Пролог | Игра на выживание | Глава 2