home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add










9.08.08

В наибольшей мере все тяготы войны пришлось выдержать защитникам Цхинвала, общее число жителей которого составляет менее 40 000 человек, включая детей, женщин и стариков. По оценкам военных экспертов, примерное соотношение сил наступающих и обороняющихся было 5:1, а на ключевых участках – 10:1. При этом грузинские солдаты были гораздо лучше экипированы и подготовлены для ведения военных действий. Рассказывает солдат юго-осетинского ОМОНа, участвовавший в первых боях: «Грузины вставали даже после ранения и с яростью кидались вперед, даже если у них были покалечены ноги или руки. После огнестрельных ранений, с ранами, из которых шла кровь, они все равно бились до последнего. В плен грузины никого не брали, на месте уничтожали и убивали. После боя у некоторых из них нашли уколы, шприцы с морфием или еще с каким-то препаратом». Эта дубовая роща, которая была раньше любимым местом для гуляния горожан, превратилась теперь в большое кладбище. Среди трупов, оставшихся там после битвы, было и несколько темнокожих – наемников в военной форме.

Защитники Южной Осетии в большинстве представляли собой добровольцев, лишь накануне получивших оружие и деморализованных бомбардировками города, тревожащихся за судьбы своих родных. Беспокойство не было напрасным. Вот еще свидетельства очевидца: «Когда в город вошли танки, я видел, как сожгли семью. Как раз на углу того дома, где мы сидели. Отец, ребенок и мать пытались выехать за пределы города на „Жигулях“ седьмой модели.


Белая машина, явно не военная. И люди в ней сидели в гражданской одежде. Они пытались переехать улицу, и в этот момент по ним долбанул танк.


Буквально за минуту, за полминуты, даже... – за секунду до взрыва мать успела выскочить. Ей очень сильно повезло. Но отец и ребенок – они заживо сгорели в машине. Мать мы дотащили до подъезда и потом еще часа полтора или два, наверное, все слушали ее крики. Она рвала на себе волосы, говорила, что хочет к своим, к ребенку и мужу, потому что без них ее жизнь не имеет смысла. Она сама была ранена, у нее кровь шла. Это то, что я видел своими глазами. Так продолжалось до вечера, пока нашим ребятам не удалось сжечь большинство этих танков, а другие просто отступили.

Есть еще рассказы моих друзей. В селе Цунар, например, поймали мать и дочь. Их задавили танком и потом по ним еще долго катались на танке. Во дворе 5-й школы (Цхинвала. – Ред.) есть мемориальное кладбище, созданное в 1990-е годы, после первой войны, когда мы не могли вывозить трупы из города из-за обстрелов и хоронили погибших прямо во дворе школы. Во двор этой школы заехал грузинский танк, сломал церковь, которая там стоит, православную часовню, раздавил большинство могил, проехался по ним и выехал обратно. По-моему, ни один здравомыслящий человек такого делать не будет – зачем? Таких случаев и рассказов масса».

«Одна женщина рассказала, как грузинские солдаты зашли в подвал, где пережидали бомбежку она с малолетним ребенком и другие мирные жители, и открыли по ним огонь. Она упала на пол и зажала ребенку рот ладонью, чтоб он не плакал, то есть притворились мертвыми. Когда стрельба стихла, она, переступая через погибших и раненых, выбралась из подвала и сама не помнит, как очутилась здесь», – рассказал Интерфаксу Александр Фалько, атаман Ставропольского казачьего округа Терского казачьего войска, прибывший на помощь Южной Осетии. А вот рассказ Нелли Бикоевой, завуча Государственного лицея искусств. Этот сюжет показало осетинское телевидение через неделю после прекращения военных действий. Женщина все еще пребывала в шоковом состоянии: «С седьмого по девятое мы просидели в подвале, считай, три с половиной дня. В подвале даже воды не было, а обстрел был такой сильный, что мы не могли выйти, подняться на этаж и бутылку воды принести... На счастье, в нашем подъезде грудных детей не было, все были взрослые, двадцатидвухлетние девочки, они все терпели... Когда идет такой обстрел, что у тебя дыхание перехватывает, не знаю, может, военные к этому привыкли, но для мирных жителей, женщин, стариков, детей, это был такой ужас – казалось, сейчас нутро разорвется. Я не знаю, как можно обстреливать город из „Града“, крупнокалиберными снарядами – я не военный человек, но я знаю, что некоторые снаряды – как их называют, пушечные или как-то так – они запрещенные, так неужели мирный город можно так обстреливать?!

Ужас какой-то, в наш дом было два прямых попадания, масса осколочных, на нашем корпусе ничего не осталось, ни одного целого стекла, стены искорежены... К счастью, в нашем доме погибших не было, из тех, кто был в подвале, погибших не было. Но те ребята, которые воевать ушли – кто знает? Мы еще не смогли с соседями собраться, мы созваниваемся, спрашиваем друг у друга, как наши. Про двух соседей мы вообще пока ничего не знаем, одинокие старики Тибиловы: Нана Темболовна и Герас, муж ее. Где они сейчас? Они тоже в нашем подвале были».

К вечеру 8 августа танковая атака в Цхинвале захлебнулась. Несколько грузинских танков были уничтожены резервистами (по официальным сводкам, всего в ходе боев 8 августа в Цхинвале было уничтожено 12 танков), остальные ушли из города. Широкую известность получила история о том, что один из танков подбил лично глава Совета безопасности Южной Осетии Анатолий Баранкевич. Кадровый офицер, в момент атаки на центр города он находился рядом с одной из добровольческих бригад, вооруженных гранатометами. После неудачного выстрела одного из резервистов Баранкевич отобрал у него гранатомет и подбил танк. Вот что он рассказывал впоследствии в интервью для Первого канала: «Когда появился головной танк, башня у него была повернута в правую сторону. В лоб его из гранатомета не пробить. А тут он мне подставил свою башню, заднюю часть башни, которую можно спокойно пробить из гранатомета. Хорошо горит, кстати, в бочину ему влупил, он сдетонировал». Еще в один грузинский танк, экипаж которого сдался в плен, забрался доброволец и, угрожая грузинским мотористу и наводчику пистолетом, заставил их обстрелять грузинские позиции.

К тому времени многие мирные жители собрались на Привокзальной площади Цхинвала в подвале гостиницы «Алан», где удалось устроить подземный бункер, достаточно надежный, оборудованный электрическим генератором. Туда были спущены матрацы, доставлено скудное питание, которым все же удалось накормить людей. Многим людям, укрывавшимся в других подвалах, повезло гораздо меньше.

«Российской газете» рассказывает Анна Кокоева, бывшая сотрудница смешанной контрольной комиссии по урегулированию грузино-осетинского конфликта. Ее дом был расположен рядом с городком миротворцев на окраине города, по которому велся массированный танковый обстрел. «Ближе к 12 ночи начался ужасный обстрел. Это было полной неожиданностью. Мы уже никуда не могли выйти из дома, так как велся артиллерийский огонь. Вместе с соседями мы спустились в подвал. Всю ночь велся огонь, ни минуты не смолкал.


У меня был ребенок, девочка трех с половиной лет, тоже не спала всю ночь, тоже боялась, потом начали вести огонь по нашему зданию, наш подвал начал рушиться. Я сидела и ждала, когда нас убьют или завалят стены. Я надеялась, что мой ребенок умрет быстро, без мучений».


Еще одна женщина и еще одна страшная история: «Что вам рассказать? Этот ужас не передать словами, нужно видеть своими глазами, – с болью в голосе говорит Заира корреспонденту РГ. – Мы три дня просидели в подвале. Без воды, света, питания. Нас практически постоянно бомбили. Бросали в подвалы гранаты, чтобы добить окончательно, прямо на улицах расстреливали, даже детей не щадили...» База миротворцев оказалась одним из самых опасных мест в городе. Прорыв в Цхинвал с юго-западного направления атаки был произведен как раз через базу миротворцев. Солдаты миротворческого контингента, призванные мирить, а не воевать, подверглись ожесточенной атаке одними из первых. Практически все они были убиты.


История № 1. Чистое поле – выжженная земля | День катастрофы-888. Остановленный геноцид в Южной Осетии | История № 2. В безопасности не был никто