home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 13

Солнце зашло.

В это время года дни тянулись долго, но Эдди казалось, что ночь наступает уж слишком быстро. Прошло больше шести часов, как они расстались с Толлменом. Последние два дня промелькнули будто одно мгновение, казалось, она наблюдала за всем со стороны.

Колин и Триш распрягли лошадей и пустили их пастись возле дороги. Из ближайшего ручья Колин принес воды, Эдди смочила в ней тряпку, и они смыли дорожную пыль с лица и рук.

Она была встревожена. От усталости, длительного недосыпания Эдди все время была на грани слез. Как сможет она жить, если что-то случится с Толлменом? Он взвалил на себя ее беды. Может быть, Джон ранен, истекает кровью, уповая на милость бесчестных Реншоу. Но тут другая мысль пришла ей в голову. Им, возможно, придется провести ночь, укрывшись одним одеялом и шалью. Слава Богу, есть изюм и сушеные персики, которые Триш купила утром. Это позволит заглушить голод.

А в лагере горел костер, до них доносился запах еды. Подъехал человек и хотел переговорить, но они повернулись к нему спиной и отошли за фургон, игнорируя его. Наконец он отстал и вернулся к толпе, собравшейся вокруг полевой кухни.

Эдди не сомневалась, что была предметом их разговоров.

– Что мы будем делать, если мистер Толлмен не вернется? – спросила Триш. В первый раз один из них вслух произнес то, о чем они все время думали.

– Он приедет. Если ранен, мистер Симмонс известит нас.

– Мне вовсе не нравится этот заросший мужлан. Смотрит на меня, как кот на птичку.

– Он говорил с тобой неуважительно?

– Нет. Но наверняка слышал городские сплетни и знает, что я цветная. Как и все эти вонючие козлы, небось думает, что ко мне в койку легко забраться.

Эдди оглянулась, желая убедиться, что дети не слышали. Они собрались у ведра, в котором плавал принесенный из ручья головастик, и Колин пытался объяснить, как он будет превращаться в лягушку. На миг Диллон позабыл об оставленной черепахе.

– Может быть, мистер Симмонс вовсе так не думает.

– Тогда почему он подсматривал в трубу за нами?

– Не знаю. Но я помню, как он помог нам собраться при отъезде, а потом задержал Реншоу. И предупредил нас.

– Он чего-то хочет, – упрямо настаивала Триш. Она завернулась в шаль и периодически поправляла свои локоны. – Если мы двинемся в Нью-Мексико, то с ними? – Она кивнула в сторону лагеря.

– Полагаю, да. Они, конечно, не такие, как я думала. – Эдди оставалось только гадать, удастся ли Триш преодолеть ненависть к мужчинам.

– Мы могли бы бежать… в город.

– Теперь слишком поздно. Я вышла за него замуж. Дала священный обет.

– Как думаете, зачем он женился?

– Я тебе уже говорила. Джон считает, что пора обзавестись семьей, он хочет детей.

– Я не ребенок. – В голосе Триш прозвучали подозрительные нотки.

Когда стало темно, беспокойство Эдди возросло. Удалось ли Реншоу одолеть Толлмена и Симмонса? Она принялась шагать взад-вперед, стараясь быть не на виду у мужчин из лагеря. Эдди боялась оторвать взгляд от дороги.

Триш сидела в фургоне, свесив ноги с заднего борта, но вдруг она соскочила вниз.

– Слушайте, – прошептала девушка. – Я слышу блеяние овец.

Эдди замерла и прислушалась.

– Бее… бее…

– Слышу! Это овцы!

Скоро они различили на повороте дороги фургон, и блеяние стало слышнее. Сердце Эдди облегченно забилось, когда она увидела возницу в шляпе с плоской тульей. Дети прижались к ней.

Колин, радушно улыбаясь, вышел вперед и приветствовал Джона:

– Рад, что вы добрались, мистер Толлмен. Все в порядке?

– Да, а у вас как?

– То же самое.

Джон привязал мулов, а Пистолет Симмонс подъехал к ним с овцой на коленях:

– Заберите эту проклятую овцу, пока я ей не свернул шею. Нет ничего глупее овцы, разве что Реншоу.

Джон спустил животное на землю, и оно побежало к Эдди.

– Где же остальные овцы?

– Привязаны под сиденьем. Прорва времени ушла, чтобы разыскать их, поэтому мы задержались. Что вы тут, черт побери, делаете? Почему не в лагере?

– Мы решили ждать здесь. Что Реншоу?

– Они не причинили нам хлопот, о которых стоило бы говорить. Почему вы тут, а не в лагере? – переспросил Джон. Он положил руку на плечо Эдди и слегка тряхнул.

– Мы там были. Эти гады смеялись над миссис Эдди!

– Триш! Довольно!

– И говорили, что вы не могли жениться на женщине с ребятишками. – Триш яростно помотала головой и приблизилась к Эдди.

– Они вынудили миссис Эдди заплакать, – вспыхнул Колин. – И я отвез ее сюда.

– Ненавижу их! – вскрикнула Джейн Энн и уткнулась личиком в юбку Эдди.

– Хватит. – Эдди посмотрела на нахмурившегося Джона. – Эти люди не разобрались. Я просила их помочь тебе, но они были уверены, что ты справишься один.

– Они решили, будто мы отвлекаем их, а сами хотим стащить товары из фургонов.

– Колин, прекрати! Из-за твоего языка ты вернешься туда, откуда сбежал.

– Но это чистая правда, миссис Эдди. – Колин понурил голову.

Эдди смотрела на мальчика, поэтому не видела, как лицо Джона стало гневным. Его рука пребольно стиснула ей плечо, и она сразу все поняла. Джон сжал губы, стиснул челюсти, зрачки – будто булавочные головки.

Эдди положила руку ему на плечо:

– Джон, не сердись. Наш внешний вид, старый фургон не могут вызывать доверия. И я не осуждаю твоих людей, что они приняли нас за мошенников.

Он погладил ее плечи и прижал к себе.

– Это больше не повторится, – мягко сказал он, глядя в ее усталые глаза. – То, что принадлежит мне, теперь твое, и наоборот.

Джон стремительно отошел от нее и взобрался в фургон. Одну за другой стал передавать овец Симмонсу. Как дети, овцы побежали к Эдди. Она наклонилась и потрепала каждую по голове.

– Вы в порядке, мистер Джефферсон? Беги и позаботься о подругах.

– Поднимай детей, Симмонс. – Джон подхватил Диллона и Джейн Энн и усадил их на сиденье. Затем выбрался из фургона. – Колин, фургон и лошади могут остаться здесь. Вы с Триш поедете или пройдетесь пешком до лагеря?

– Я могу подвезти их. – Пистолет, осклабившись по-волчьи, влез на лошадь и устроился в седле.

– Я не поеду с этим кабаном. – Триш одарила Симмонса уничтожающим взглядом и взобралась в фургон.

– Джон, – Эдди коснулась его руки, – почему бы нам не заночевать сегодня здесь и… дать им шанс…

– Нет. Ты и дети должны поесть и выспаться. – Он поднял Колина и усадил его сзади Пистолета, затем помог Эдди влезть на сиденье.

– Посоветовала бы тебе не придавать всему этому большого значения. А то твои люди будут сердиться на нас еще больше.

Джон, не ответив, хлестнул мулов и направил их к разбитой колее, ведущей к лагерю.

Эдди попыталась еще раз смягчить гнев Джона:

– Может быть, тон, которым я потребовала помочь тебе, вызвал у них подозрение. Человек на большой серой лошади пытался поговорить с нами.

– Что он сказал?

– Триш прогнала его, угрожая ружьем.

– Славная ты девочка, Триш. Я научу тебя стрелять.

Когда они приехали в лагерь, Джон остановился около большого костра. Вокруг стояло с полдюжины людей. Один из них подошел к фургону:

– Привет, Джон. Как вижу, у тебя все в порядке.

Проигнорировав приветствие, Джон помог вылезти Эдди, детям и Триш. Тут подъехал Пистолет, и Колин сполз с лошади.

– Располагайся где хочешь, Симмонс, и возьми еды из котла. Ролли, – сказал он, обращаясь к приветствовавшему его человеку, – поставь фургон под деревьями, распряги мулов и отведи их в сторонку, пока остальные лошади к ним не привыкли. Пако, вы с Хантли возьмите брезент и устройте пару палаток для моей жены и детей. Выгрузите вещи из фургона, сложите на сухом месте и накройте. Матрасы положите в палатки.

Люди кинулись выполнять приказы. Когда фургон отъехал, Эдди почувствовала себя голой, выставленной всем напоказ. Она поняла, что подобное же чувство возникло у Триш, когда девушка спряталась за ее спиной.

– Джон…

Эдди была уверена, что это человек на серой лошади.

– Позже, Клив.

– Мы не хотели…

– Потом. – Джон говорил тоном, не допускающим возражений. У него на коленях сидел Диллон. Мальчик прошептал ему что-то на ухо. Джон подумал, затем прошептал в ответ:

– Черепаха в фургоне. Мы найдем ее завтра. Джон подвел свое семейство к скамейкам:

– Подай им ужин, Билл.

– Я могу сама справиться, – запротестовала Эдди.

– Ты так устала, что вот-вот свалишься. Сиди. Где твой помощник, Билл?

– Вэл? Он…

– Он что?

– Пьян.

– Так пьян, что не может работать?

– Боюсь, да.

Джон обратился к Кливу:

– Когда очухается, рассчитай его и отошли домой.

Джон усадил Диллона рядом с Эдди, недалеко села Триш. Она дрожала. Девушка смело выдерживала мужские взгляды и прямо смотрела на сидевших у костра, гордо подняв подбородок. И только когда Джейн Энн устроилась на ее коленях, Триш отвернулась.

Пистолет стоял в темноте, наблюдая за Триш и восхищаясь ее мужеством. Он злился на мужчин, бросавших на девушку влюбленные взгляды, ему хотелось защитить ее.

Вокруг костра обстановка была напряженной. Эдди в жизни не чувствовала себя столь неуютно. Ей казалось, что ее с семьей выставили в витрине лавки на потеху зевакам. Даже дети притихли и бросали пугливые взгляды.

Джон нарезал куски мяса, запеченного на углях, и положил на тарелку. Билл принес столик и положил на него бобы. Он старался не смотреть на сидящих на скамейке людей и молчал. Эдди встала помочь. Ей было непривычно сидеть и ждать, пока ее обслужат.

– Сиди и ешь, Эдди, – велел Джон, ставя последнюю пару тарелок.

– Ты собираешься есть?

– Через минуту. – Он наполнил тарелку себе и сел рядом с Колином.

– Бее… бее…

Эдди проглотила первый кусок, когда донеслось блеяние овец.

– Что за черт?

– Боже всемогущий!

– Корова, что ли?

– Какого черта корова! Это овцы!

Громко блея, овцы направлялись прямо к Эдди. Они стали тереться о Диллона, который тут же уронил бобы на колени и завопил. Джон стал утешать мальчика. Покрасневшая и желавшая провалиться от стыда сквозь землю Эдди вскочила и повела овец в сторону.

– Грегорио, – позвал Джон.

– Си, сеньор.

– Ты знаешь, как обращаться с овцами. Позаботься о них, чтобы миссис Толлмен могла поужинать.

Из тени вышел юноша-мексиканец, за спиной которого болталась большая шляпа.

– Подождите, сеньора. Я возьму зерно, и они пойдут за мной.

Эдди чесала овцам головы и бормотала им всякие слова, зная, что животные смущены обстановкой не меньше, чем она сама. Грегорио вернулся, неся миску с зерном. Он поставил ее перед бараном и дал понюхать, затем отошел, и животные двинулись за ним. Эдди подождала, пока овцы не скрылись в темноте, и вернулась к столу.

Диллон уснул у Джона на коленях.

Эдди очень устала. Она была уверена, что закрой глаза – и уснет мертвым сном, но сон не приходил. Сквозь прикрытые веки она видела лицо высокого человека с темными длинными волосами и синими глазами. От смущения мысли ее путались.

Она лежала рядом с Джейн Энн и Триш. Это была первая ночь с рождения Диллона, когда он не спал возле нее. Эдди сама не понимала, почему так легко согласилась с Джоном. Впрочем, подумала она, это был приказ.

– Ты с девочками можешь спать здесь. – Со спящим Диллоном на руках Джон подвел их к палаткам. – Колин, Диллон и я будем спать вместе.

– Диллон может остаться с нами, место есть.

– Он будет спать со мной.

– Но… я всегда была с ним ночью. Он проснется и испугается.

– Тогда я его принесу тебе.

– Он может захотеть… выйти в кусты.

– Я о нем позабочусь. Поспи, Эдди. Завтра мы начнем готовиться к путешествию.

Триш и Джейн Энн заснули мгновенно. Эдди легла лицом к открытому пологу палатки, так что ей была видна другая, где спал сын. Мысленно приготовилась разделить ложе с новым мужем, если он того потребует. Теперь она была Эдди Фей Толлмен. Керби Гайд остался в прошлом. Ее мужем стал Джон Толлмен. Будет ли он настаивать на своих «правах» утром, днем и ночью, как Керби после свадьбы? Она питала отвращение к этой части супружества, но старалась пересилить себя.

Она видела, как Джон вошел в свою палатку. Спустя короткое время вышел и направился к полевой кухне, где еще горел маленький костер.

«Завтра мы начнем готовиться к путешествию». Эти слова нового мужа застряли в голове Эдди. Да, время бежит слишком быстро. Ей хотелось хотя бы ненадолго передохнуть, чтобы собраться с мыслями и привыкнуть к переменам в жизни.

«Берешь ли ты этого человека для любви и послушания?» Послушания? Кроме двух коротких месяцев, что она прожила с Керби, ей некого было слушаться, с тех пор как родители умерли.

Теперь этот человек стал ее законным супругом, и она обещала слушаться его.

«Джон Толлмен, кто ты? Я тебя не знаю!»


Джон уложил Диллона на матрас и снял с него ботинки. Малыш был вымотан, но не более чем его мать. Фиолетовые глаза подернулись усталостью, вокруг легли темные тени. Она старалась держать спину прямо, а голову высоко, но сил не было. Еще несколько часов без сна – и она сломалась бы.

Посмотрев на мальчика, Джон подумал о человеке, который подарил этому ребенку жизнь, Керби Гайд – отец Диллона, но он, Джон Толлмен, вырастит его, сделает из него мужчину. Джон накрыл мальчика, погладил пухлую щечку тыльной стороной ладони и выпрямился:

– Я побуду у кухни, Колин.

– Все в порядке, мистер Толлмен. Я позабочусь о Диллоне.

– Ты не должен звать меня «мистер Толлмен», Колин.

– А… я… миссис Эдди не разрешает мне звать взрослых по имени.

– Ну, не беспокойся об этом. Обычно такие вещи происходят сами по себе.

– Реншоу хотели забрать меня, да?

– Они схватили бы Триш за то, что она подстрелила того негодяя.

– Триш сделала это, спасая меня.

– Я знаю. Она храбрая девушка.

– Но… но миссис Эдди была вынуждена из-за меня покинуть ферму. – В его голосе звучало глубокое сожаление.

– Она говорила, что частично это из-за тебя. Но кроме того, преподобный Сайкс хотел забрать у нее Диллона.

– Это не ее вина… и не Триш. Они никогда никого не впускали.

– В городе идет молва, что это не так. Проповедник разговаривал с мировым судьей после того, как Эдди отказала отдать тебя Реншоу. И еще он узнал, что отец Диллона не вернулся с войны.

– А вы верите в это?

– Взял бы я ее в жены, если бы думал, что она падшая женщина?

– Я… должен был спросить.

– Все в порядке. Можешь спрашивать меня обо всем.

– Миссис Эдди не говорила мне, что этот старый урод хочет забрать Диллона.

– Думаю, не хотела беспокоить тебя.

– Она ужасно беспокоилась о вас. Что случилось с Реншоу? Вы их подстрелили?

– Нет. Лучше не убивать, если есть другой выход. Мы сбросили их в ручей, заставили там сидеть и угнали их лошадей.

Пистолет был прав, говоря, что они полные кретины. На индейские земли они не полезут, тогда их скальпы будут сушиться на шестах.

– Сэр? – Дрожащий голос Колина остановил Джона, собирающегося выйти. – Я думал насчет меня и Джейн Энн…

– Ты и сестра будете жить у нас в доме сколько захотите.

Джон вырос в любящей семье, всегда зная, что на родителей можно положиться, но он понимал, откуда у Колина ощущение неопределенности.

– Когда я просил Эдди выйти за меня замуж, она сказала, что у нее трое детей и Триш. Я почел за честь, что она доверила мне не только себя, но жизнь всей семьи. Ее дети теперь мои, Колин. Это касается тебя и Джейн Энн в той же степени, что и Диллона. Ты будешь жить с нами, пока не станешь взрослым настолько, чтобы самому позаботиться о себе.

– Я постараюсь… не быть обузой.

– Не старайся слишком, сынок. Несмотря на усталость, Джон широко улыбнулся. Он обнял мальчика за плечи:

– Помню, когда я был в твоем возрасте, мой папа говорил, что у меня не хватает благоразумия.

– Он еще жив?

– Еще как. Ты с ним будешь накоротке. – Джон хихикнул. – Первым делом он научит тебя добывать индейку и зайца. Покажет, как делать рыболовный крючок из птичьей кости, охотиться на оленя и снимать шкуру с гремучей змеи. Он вырос среди шони и обладает здравым смыслом больше, чем любой другой человек.

– Господи, – с трепетом прошептал Колин.

– У нас будет много времени рассказать тебе о нем, прежде чем мы будем дома. Ложись. Я скоро вернусь.


* * * | Роковые тайны | Глава 14