home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 15

Девушка с улыбкой осени

Они остановились, не доходя друг до друга трех больших луж. Она была в желтом плаще, резиновых сапогах и с зонтом. Как всегда – яркая, красивая и необыкновенно родная.

Денис перебирал в кармане мелочь и соображал, как лучше ему обойти воду, разлившуюся по всей ширине дороги. Промочить кроссовки не хотелось, но и стоять в надежде, что лужа высохнет сама собой, не имело смысла.

«Как будто я чего-то жду», – болезненно подумал он, вглядываясь в застывшую на месте девушку. Она не смотрела на него, ее взгляд блуждал по луже, точно выискивал что-то.

Когда он только вышел из дома, небо потемнело, а теперь черные облака надулись, как целлофановые мешки на ветру, спустились ниже и намеревались прорваться на город тоннами воды. Надвигалась гроза, вокруг все замерло – тихо-тихо, лишь по луже одиноким корабликом плыл желтый кленовый лист.

Далеко, где-то над центром города, прокатился гром. Денис посмотрел на неподвижные кроны деревьев, и ему стало не по себе от всеобщего молчаливого ожидания. Даже ветер смирился и, как нашкодившая собака под сердитым взором хозяина, затаился.

«Не нужно было идти сюда сегодня», – запоздало понял Денис, но первая большая капля уже разбилась об его переносицу и разлетелась в стороны. Дождь приближался с той стороны, откуда пришла девушка, непроглядной стеной – ни убежать, ни укрыться. Оля раскрыла свой огромный прозрачный зонт, а он лишь подошел поближе к дереву, под защиту пестрой листвы.

Не спасло. Холодная стена дождя подступила к нему вплотную и поглотила. Лужи покрылись пузырями, вспенились, точно кто-то вылил в них шампунь. Одинокий желтый кораблик погрузился на дно, а воздух наполнился тяжелым ароматом прибитой к земле пыли.

Денис не сразу заметил, что девушка идет к нему. Она прошла по лужам, остановилась рядом и спрятала его под зонтом.

Нужно было что-то сказать, но голова напоминала столярную мастерскую – удары сердца молоточками вышибали мысль за мыслью, и те не успевали превратиться в слова. Его спасительница с зонтом, как назло, тоже молчала.

Спустя, как ему показалось, вечность, он не придумал ничего лучше, чем сказать:

– Привет.

Девушка посмотрела на него удивленно, но ответила лишь:

– Привет.

Таким глупым он давно себя не чувствовал, много лет. Последний раз подобное случилось с ним в третьем классе, из-за большого чувства. Он влюбился без памяти в девочку, такую красивую, что дух захватывало, когда она появлялась на горизонте. С ней он, всегда такой многословный, тоже не мог толком объясниться, сколько ни тренировался на других девочках. Прошло много лет, а он так и не решился подойти к той самой – «фарфоровой кукле», как он прозвал ее за удивительный белоснежный цвет кожи. А сама кукла, хоть и училась с ним в одной школе, интереса к нему не проявила.

Денис украдкой посмотрел на Олю, совсем не похожую на ту девушку, при виде которой он впадал в ступор, и подумал:

Я ее не люблю, не люблю...

Это – сила привычки случайной!

Но зачем же с тревогою тайной

На нее я смотрю, ее речи ловлю?[7]

Он смотрел и речи ловил, боялся и ждал встречи с ней, а еще боялся, что однажды она не придет. И это казалось немыслимым. Она – как кружившие в аллее листья и прозрачные лужи, девушка с улыбкой осени – всегда должна быть тут, с неизменным зонтом и глазами цвета солнечных небес. Он привык к ее странному присутствию в своей жизни. И не друг, и не злейший враг – никто. И в то же время некто, столь значимый, что ему впервые не хватало стихов. Слова, точно капли дождя по клеенке ее зонта, стучали в висках, но все не те – пустые.

Искристая молния разрезала небо, громовые железные шары прокатились за черными облаками навстречу друг другу и столкнулись где-то в начале аллеи. Разнесся грохот, вспыхнули ослепляющие молнии.

– Ужас, – тихо сказала Оля.

– Красиво, – возразил он, наблюдая, как она следит за струйками воды, стекающими с зонта.

Они стояли близко-близко. Денис чувствовал тепло ее плеча и тонкий, холодный аромат яблок. «Духи, наверное...»

– Что? – удивленно посмотрела Оля.

«Сболтнул», – понял Денис и нехотя объяснил:

– Пахнет яблоками.

– А-а... Да, духи.

Он принюхался.

– Приятные.

Девушка благодарно улыбнулась.

– Люблю яблоки.

Это было сказано так мило, что ему нестерпимо захотелось иметь при себе яблоко, чтобы преподнести его ей на манер фокусника. Но, к сожалению, кроме подушечки «Орбита», которая валялась в кармане даже без обертки, предложить было нечего.

Последние капли скатились с зонта, мокрые листья, сорванные с деревьев дождем, падали в лужи и тонули. Сквозь мутную клеенку зонта, усыпанную прозрачными кляксами, они видели угрюмое небо. Раскаты грома удалялись, точно табун железных лошадей промчался над аллеей и утих, прочертив искрами молний из-под стальных копыт Млечный Путь.

Пришло время расставаться.

Девушка встряхнула и закрыла зонт.

Денис поймал на себе ее нерешительный взгляд.

«Что же сказать? Что? – лихорадочно соображал он, глядя на ее отражение в луже. – Сказать только: „Пока“? А потом... жалеть и ждать, ждать, когда снова выпадет шанс просто сказать: „Привет“, встретиться взглядами, случайно соприкоснуться...»

Оля оперлась на зонт и осторожно произнесла:

– Это ничего не значит.

Он хотел согласиться, но в самый последний момент передумал и выпалил:

– Почему?!

Она вздрогнула.

– Ты о чем?

– А ты?

Ее взгляд устремился на зонт, точно указывая, о чем идет речь.

– Да, – кивнул он. И безрадостно подтвердил: – Это ничего не меняет.

Лгать было не впервой, только сегодняшняя ложь почему-то не могла ужиться в нем, конфликтовала с сердцем. Оно дрожало, как осиновый лист на ветру, и жаждало воспарить туда, где слова обретут смысл, а строки – рифму.

– Вот и радуга, – с улыбкой сказала Оля и повторила пальчиком очертания радужной арки над деревьями.

А ему при виде ее улыбки на ум пришли строки:

Тебя не назову я

Ни радость, ни любовь.

На дикую, чужую

Мне подменили кровь.

Еще одно мгновенье,

И я скажу тебе:

Не радость, а мученье

Я нахожу в тебе.[8]

«Хорошенькая, – тоскливо осознал он, провожая ее взглядом. – И какая же милая...» Пронеслась шальная мысль – броситься за ней прямо по лужам, догнать и заключить в объятия.

«А дальше?» – спросил он себя и с грустью остался на месте.

Не посмел за ней побежать.

Девушка прошла под радугой и вскоре скрылась из виду. Он остался один под багряным кленом – слушать редкое бульканье капель, что падали с листьев, и вдыхать свежий аромат яблок.


Глава 14 Раз и навсегда? | Крылья для двоих | Глава 16 «До встречи в аду»