home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



14. Юпитер жив!

Не раз на протяжении длинных десяти оборотов Николай спрашивал отца о Юпитере. И каждый раз Ечука избегал ответа.

Сегодня был необычный день. Им предстояла долгая разлука. И Коля, ощущая горечь оттого, что у отца есть тайна, которую тот боится доверить ему, решился снова начать этот разговор.

Долго молчал старый Ечука. И наконец, сказал:

— Ты возвращаешься туда, где это знание может привести к гибели.

— Я должен знать то, что знаешь ты, — твердо ответил Коля.

Наступила тишина. Ечука колебался. Он словно бы подбирал единственное слово, способное объяснить его чрезмерную осторожность. И вот Коля услышал:

— Эта тайна убила моего друга. Отца твоей Лочи… — И после паузы сказал тихо, будто боялся, ч го кто-то сможет услышать их: — Юпитер жив, сын!

Коля удивленно посмотрел на Ечуку-отца. В выражении его лица было что-то молитвенное. Но Коля не мог пока еще постичь значение его слов. Юпитер жив! Что это означает? И почему это тайна? Такие планеты, как Фаэтон или Земля, — зернышки по сравнению с ним. И если там есть жизнь?…

Нет, это невероятно! Там так мало солнца. Конечно, на Фаэтоне его тоже мало. Но кислород…

— Ты же сам сказал, что без кислорода жизнь зародиться не может, — чуть растерянно проговорил Коля.

— Так привыкли у нас думать. Так учат в храмах. Но это неправда! Юпитер — это совесть нашей системы. Самая старая и самая могучая планета…

Последние слова были произнесены, как молитва. Да, это была молитва свободного человека, дух которого признает одного только бога — самое Жизнь.

— Раса беловолосых ничего не знает о звездном небе, — продолжал Ечука. — А люди, живущие в городах, люди «второго этажа» воспитаны в атмосфере обожествления Единого Бессмертного. Когда мозг покрывается роговиной фанатизма, человек ни в чем не способен сомневаться. Скажи такому человеку, что Солнце не имеет никакого значения для жизни, что ею действие не превышает действия карманного фонарика — он поверит в это. Для него Солнцем станет тот, от кого зависит его личное благосостояние. Такому человеку наплевать на настоящее Солнце, плевать ему и на Галактику, ибо светила не способны награждать его побрякушками, которыми так любят украшать себя люди «второго этажа». И не способны отбирать эти награды. Но стоит только Единому шевельнуть пальцем — и вчерашний советник пойдет месить толстобоких дагу. А через пол-оборота о нем забудут…

Человеческое сознание устроено так, что в вере своей оно опирается на привычную с детства очевидность. И нужно с детства прививать ему сомнение в этой очевидности, нужно ежедневно говорить, что наше видение мира основано только на свойствах видимого света. Что это всего только одна седьмая мира — только одно его измерение! — а шесть измерений остаются за пределами наших ощущений, нашего видения. Только тогда можно достичь какого-либо успеха.

Люди «второго этажа» во время противостояний любуются Юпитером и кольцом Сатурна. На протяжении веков поэты воспевали их красоту. К этим небесным телам фаэтонцы привыкли так же, как впоследствии земляне привыкнут к Луне.

Как горько, что мир становится привычным! Именно это рождает косность. Более всего способен к познанию детский мозг. Для него все ново, все необычно. И если бы человек смог сохранить до старости эту способность, человеческий прогресс был бы похож на взрыв…

Я хорошо знал отца Лочи и Чамино — Шако. Мы дружили с детства. И уже тогда в наших полетах над планетой молодой Шако всегда стремился лететь по направлению к Юпитеру.

Если планеты — это дети Солнца, то Юпитер — его старший сын, правая рука Отца. А Сатурн — левая рука…

Работу, которую выполняют эти титаны на солнечной ниве Жизни, даже приблизительно нельзя сравнивать с тем, на что способны планеты внутреннего круга. Юпитер вращается значительно быстрее, чем Земля: одни земные сутки — это двое с половиной суток на Юпитере. Тот, кто хоть немного знаком с законами небесной механики, сразу же должен отметить могучие центробежные силы этой гигантской планеты…

Шако был не только великим инженером, но и великим философом. Знания приходили к нему стихийно, его мозг получал их словно бы непосредственно из глубин вселенной.

Многое из того, о чем я тебе рассказываю, я усвоил от Шако еще в молодости.

Я до сих пор помню один из наших полетов над ледяным Фаэтоном. Небо в тот раз было на редкость прозрачным, пред нами сиял во всей своей могучей красоте Юпитер. Это было великое противостояние. Мы видели полосы и красные пятна на его поверхности, они передвигались неравномерно: одни быстрее, другие медленнее.

— Посмотри, Ечука! — кричал Шако. — Это бурлит его атмосфера. Там есть жизнь…

Тогда это показалось мне чем-то фантастическим. Но впоследствии Шако показал расчеты. Плотность вещества на Юпитере очень низкая. Центробежные силы уравновешивают силы сжатия. Поэтому возможности жизни на этой планете заложены в ее быстром вращении.

На планетах внутреннего кольца жизнь основана на фотосинтезе. Они вращаются значительно медленней Юпитера. Центробежные силы их незначительны. Пойми, это главное — возможность жизни практически сводится к возможности отталкивания от планеты. Даже рост дерева — это одна из форм отталкивания. Энергию для этого посылает Солнце. Без его энергии на Земле ничто бы не могло двигаться…

Юпитер вырабатывает эту энергию из самого себя — из собственного вращения. Из центробежных сил. А это значит, что жизнь на Юпитере не требует значительного количества солнечной энергии. Если так, значит в ее основе лежит не фотосинтез, а хемосинтез…

Теперь рассуди, как неправильно мы видим мир. Мы устремляем свою мысль туда, где есть планеты, похожие на Фаэтон или на Землю. И делаем ошибочный вывод: если таких планет поблизости нет, значит нет цивилизаций, с которыми можно общаться…

Шако удалось установить, что атмосфера Юпитера состоит из метана и аммиака. Потом он выяснил, что это давно уже было известно. Но все, что касалось Юпитера, было запрещено. И ему пришлось повторять открытия своих предшественников…

А потом…

Каждое научное открытие связано с радостью. Но не тогда, когда в государстве господствует мысль одной личности. Бессмертный твердил, что Юпитер мертв Шако должен был молчать о своем открытии. Он не скрывал его только от меня.

… На Юпитере существуют океаны! Нет, это не лед, как на Фаэтоне. Океаны Юпитера имеют тот же самый вид, что и на Земле. Это трудно представить себе, так как Юпитер, с нашей точки зрения, очень холодная планета. Но его океаны наполнены жидкостью, которая на Фаэтоне не способна быть жидкостью: там она сразу же превратилась бы в газ. Речь идет, конечно, об аммиаке…

Можешь себе представить, какое значение имело это открытие? Из него вытекало, что условия для развития жизни на Юпитере куда богаче, нежели на Фаэтоне. В жидком состоянии аммиак хорошо растворяет разные соли и металлы — лучше, чем, скажем, вода. Но разве не мог в океанах Юпитера зародиться белок на аммиачной основе? Да, белок возникает в процессе обмена веществ. Но ведь условия для такого обмена на Юпитере очень благоприятны…

Вскоре Шако синтезировал белок, способный жить в условиях Юпитера. Это его окончательно убедило: на Юпитере есть жизнь!..

Новый белок был полной противоположностью того белка, из которого состоят наши организмы. Его жизнь начинается там, где наша кончается. Ведь в самом же деле: в земных условиях аммиак возникает из гниения органических клеток. И точно так же метан — болотный газ. А на Юпитере соединения аммиака с метаном — основа всего живого!..

Вот почему представления о какой-то пропасти между материей живой и материей мертвой рождены ограниченностью наших знаний. Мертвой материи нет!

Для тех, кто живет на Юпитере, условия Фаэтона должны представляться адом. С их точки зрения на Фаэтоне господствует страшная жара. А атмосфера Земли должна казаться им такой же раскаленной, как газовая поверхность Солнца.

О свободном общении с аммиачными организмами не может быть и речи. Аммиак перестает быть жидкостью даже в верхних слоях фаэтонской атмосферы. Он закипает, а при кипении гибнет белок, гибнет организм. И все же, если они разумны, связь возможна.

Именно такую связь и удалось установить Шако…

У Чамино есть нитка, на которой записаны кое-какие сведения о Юпитере. Этого не знает даже Лоча. Но пора вам знать об этом!

Они обошли ракету, стоявшую в тени деревьев. Рагуши, видимо, спал — до Фаэтона далеко и нужно как следует выспаться.

Это был последний земной день, и Николаю хотелось попрощаться с щедрым зеленым миром, который он успел полюбить Алочи шел рядом, ступая осторожно, почти беззвучно Коля подумал, что природа одарила этого мальчика прекрасным охотничьим инстинктом Шлем скафандра был настроен так, что Коля мог слышать все лесные звуки и свободно разговаривать с Алочи.


Волшебный бумеранг

Мальчик всегда вел себя с Колей значительно смелее, чем с отцом, а сегодня держался и вовсе непринужденно Да и Коля забыл о том, что Алочи — его ученик Отныне мальчик может заменить его, он уже не ученик, а младший брат, на которого старший оставляет немощного отца.

Они углубились в лесные чащи Здесь было сыро, солнечные лучи терялись в густых кронах деревьев, и зеленоватые сумерки окутывали могучие стволы Где-то поблизости зашелестела трава, треснула сухая ветка, качнулась могучая паутина лиан Алочи настороженно остановился, а Коля достал из кармана небольшой цилиндрик — подарок Рагуши, который на языке фаэтонцев назывался «жуго» В этом цилиндрике таилась такая лучевая сила, что самые большие деревья — в десять человеческих обхватов — падали сраженные ею, словно луговая трава при прикосновении острой косы Однако Коля еще ни разу не пользовался этим оружием — на их материке хищников было мало.

И вдруг он увидел между деревьев какую то гору из темной шерсти Неуклюже переваливаясь, гора эта двигалась им навстречу, подминая под себя кустарники и узорчатые листья папоротников Это была огромная сумчатая медведица Она шла к ним, доверчиво поблескивая круглыми глазами. Вероятно, ей не приходилось еще видеть таких двуногих существ, и ока спокойно рассматривала их.

Колония Ечуки-отца не занималась охотой. Ечука, видимо, хотел предохранить своих воспитанников от преждевременного знакомства с запахом крови. Уже на шестом обороте Коля приучал детей пользоваться бумерангом, однако это были спортивные упражнения. Отец же решил, что охоте и рыбной ловле он начнет учить своих питомцев только на пятнадцатом обороте.

Коля спокойно следил за медведицей и за Алочи. Мальчик нетерпеливо топтался на месте, будто в нем созревало какое-то отчаянное решение. Но вот рука его легла на бумеранг, торчавший за поясом, и он бросил умоляющий взгляд на Колю, словно просил разрешения померяться силами с гигантским зверем. В следующее мгновение, уже забыв обо всем на свете, он молниеносным движением выхватил из-за пояса бумеранг и метнул его в медведицу. Коля не успел остановить его руку. Бумеранг попал прямо в глаз. Зверь дико взревел и двинулся на охотника. Раскрытая пасть с острыми клыками приближалась к мальчику, а он медленно отступал, инстинктивно ощупывая свой пояс. Второго бумеранга у него не было. Коле пришлось нажать кнопку жуго. Отсеченная голова зверя скатилась к ногам Алочи, а гора шерсти, тяжело оседая, загородила собой дупло могучего дерева.

Из груди Алочи вырвался крик безумной радости. Он упал на голову медведицы, налег на нее грудью и начал пить свежую теплую кровь.

Коля молчал. Он думал о том, что в эту минуту впервые на этом материке произошла охота и впервые человек вкусил теплой крови. Его поразили смелость и ловкость Алочи. Мальчик еще не умел взвешивать свои силы, но уже сейчас можно было сказать, что из него вырастет настоящий охотник. Коля давно говорил отцу, что детям не хватает мяса, но отец словно чего-то боялся. Но чего здесь бояться? Человек был и останется беспощадным хищником, кровь и мышцы животных — диких или домашних — были и еще долго будут для него обыкновенной пищей…

Напившись крови, Алочи схватился руками за лиану, быстро взобрался на дерево и крикнул в джунгли:

— Ге-гей, лесные медведи!.. Ваша кровь очень вкусная! Алочи будет пить вашу кровь…

Он был словно пьяный. Прыгал с ветки на ветку, висел вниз головой и пел какую-то непостижимую песню. В джунглях поднялся шум, птицы и звери перекликались тревожными голосами, как бы предчувствуя какую-то опасность. Предчувствие это было не напрасным: родился настоящий хозяин всего живого на материке.

Выйдя из леса, они взобрались на скалу, высившуюся над зеркальной поверхностью широкого озера. Алочи разогнался и прыгнул вниз головой.

Коле хотелось запомнить каждую черточку своего ученика, каждый изгиб его упругого тела, рассекающего прозрачную воду.

Прощай, Земля!.. Прощайте, горы и леса, чистые озера и теплые реки! Будьте благосклонны и щедры к первым зернышкам деятельного разума на земном Материке Свободы…

И может быть, несколько миллиардов оборотов тому назад вот точно так же смотрел на создание собственного разума аммиачный космонавт с Юпитера. Смотрел на первого фаэтонца — далекого пращура Акачи.


13.  Десять оборотов разлуки | Волшебный бумеранг | 15.  Добрый день, Лоча!..