home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Николай Анисин СКАМЬЯ ДЛЯ СВАНИДЗЕ

Вечером 17 февраля программа “Вести” показала сюжет: как разворачивается следствие по делу генерала Смирнова, обвиняемого в умыкании из казны Приволжского военного округа в коммерческие структуры 10 миллиардов неденоминированных рублей.

В том же выпуске той же программы был и сюжет о визите в Москву директора МВФ Камдессю, где мы увидели, как он ведет переговоры с председателем ЦБ Дубининым и главами “ОНЭКСИМ-банка” и “Столичного банка сбережений” Потаниным и Смоленским.

Два этих сюжета ведущий “Вестей” Михаил Пономарев, разумеется, никак между собой не связал и, само собой, не задался вопросом: почему генерал Смирнов за приватизацию 10 миллиардов сидит в тюрьме, а банкиры Потанин со Смоленским, огромные состояния которых также складывались на приватизации госсобственности, сидят за столом официальных переговоров.

Подобные вопросы ведущих “Вестей” никогда не занимали и не занимают. Чего ломать голову, когда все ясно: захват госсобственности с явного или тайного разрешения властей законен, без разрешения — преступен.

Идеология номенклатурной приватизации прижилась в программе “Вести” и во всей Всероссийской гостелерадиокомпании (ВГТРК) без нажимов и наездов комиссаров из правительства. Прижилась всерьез и надолго.

Любовь главных пропагандистов с государственного телевидения и радио к идеям номенклатурной приватизации возникла сразу, но не вдруг, не с бухты-барахты. Она была вскормлена особым статусом гостелерадиокомпании и особым отношением к ее деятельности со стороны столпов государства, что позволило ей самой вкусить все прелести номенклатурной халявы.

Новые российские власти учредили ВГТРК как орудие борьбы с союзным центром. И дабы это орудие было острым, то есть заинтересованным в политической победе учредителей, компания получила максимум возможностей для процветания ее сотрудников и начальства в особенности. По уставу ВГТРК, с одной стороны, сделали бюджетным госпредприятием, с другой — фирмой с правом самостоятельного хозяйственного ведения. Это гарантировало ей крупные субсидии из государственной казны и не мешало перемешивать их с собственными заработками и тратить все по своему усмотрению. И поскольку власти желали иметь в лице ВГТРК сверхважного коллективного пропагандиста, а не рядовую контору с образцовым соблюдением финансовой дисциплины, то в результате компания превратилась в удобнейший инструмент расхищения государственных средств. Как таковой инструмент она с успехом использовалась в пору становления режима Ельцина, и с еще большим успехом используется сейчас.

Бедный генерал Смирнов, неудачно ставший богатым и представленный информпрограммой ВГТРК как злостный расхититель госбюджета, вероятно, и представить себе не может, какие колоссальные средства уже уплыли из казны через саму гостелерадиокомпанию и какие уплывают.

Реконструкцию своего гнездышка на 5-й улице Ямского поля ВГТРК по договору от 26 января 1994 года ВГТРК вверила фирме “Дирам” и заплатила ей 85 миллионов французских франков. Фактически же фирма выполнила работы и завезла материалов на 54 миллиона франков. Но никаких претензий ей не предъявлено. То есть 31 миллион франков или свыше 6 миллионов долларов ВГТРК просто-напросто подарила фирме “Дирам”.

В том же году по отдельно выставленным счетам гостелерадиокомпания оплатила за строительно-монтажные работы на том же объекте около 3 миллиардов рублей. Оплатила без составления актов на их выполнение, и, стало быть, за что оплатила не понять.

На строительство жилья для сотрудников по договору от 30 сентября 1994 года ВГТРК перечислила АО “Диго” 230 тысяч долларов. Но “Диго” вскоре прекратила свое существование. Дом же, где компания рассчитывала заиметь жилье, как был, так и остался в течение трех лет на уровне фундамента.

В начале 1993 года ВГТРК получила от Минобороны комплексы связи “Енисей” и “Тобол” стоимостью, в ценах 1966 года, 31,8 млн. рублей или около 100 миллионов долларов. Указанные комплексы содержали 52 килограмма золота, платины и серебра. То есть они ценны были по весу, помимо технологической значимости. Но спустя 9 месяцев “Енисей” и “Тобол” списываются с баланса компании и продаются некой ПМК-163 всего за 10 миллионов рублей.

Данные факты расхищения государственных денег и имущества имели место быть, когда ВГТРК руководил Олег Попцов. Когда же его сменил на посту председателя компании Эдуард Сагалаев, тогда появились и новые оригинальные способы расхищения.

В декабре 1996 года ВГТРК получила от Минфина облигации внутреннего валютного займа на сумму в 90 миллионов долларов на погашение задолженности предприятиям связи и продала их на 6 процентов дешевле, чем они тогда стоили. Ущерб от сделки составил пять с половиной миллионов долларов. То есть государство через ВГТРК этих денег лишилось, некая частная структура их приобрела.

При Сагалаеве, при росте объема рекламы на каналах гостелерадиокомпании, сократились суммы оплаты за нее — с 6,5 миллиона долларов ежемесячно до 3,8. Но зато увеличились выплаты рекламным агентам — с 10 до 25 процентов.

Желание облагодетельствовать за счет ВГТРК и, следовательно, за счет государства, разные частные структуры и лица красной нитью прослеживается во всей деятельности компании времен Сагалаева. Так, например, некоему АОЗТ “АРТР” ВГТРК не предъявила штрафных санкций за просрочку платежей на сумму в миллион долларов, и тем самым, по сути, выдала ему беспроцентный кредит в скрытой форме.

Через фирму “Пирамида-С” ВГТРК приобретала у ТВ-6 фильмы по 12 тысяч долларов за каждый. Само же ТВ-6 покупало эти фильмы за 4 тысячи долларов.

Не были обойдены благодетельством Сагалаева и ближайшие его соратники в самой ВГТРК.

Из письма депутатов Госдумы Чикина, Бердниковой, Топоркова, Сухарева и Габиддиллина к председателю Счетной палаты Кармокову: “За два месяцв за программу “Добрый вечер”, продюсер которой — первый зам. председателя ВГТРК К. Е. Легат, а ведущий — его заместитель Угольников, перечислено 4,9 миллиарда рублей, причем 1,1 млрд. руб. перечислен, АОЗТ “Видео Интернейшнл”, не участвовавшей в договоре.

Зам. председателя ВГТР — финансовый директор Селиванова — закупала программы у возглавляемой ею коммерческой фирмы. В 1995-96 годах ей было выплачено 3,6 млн. долл. США, в 1997 году — 5,5 млрд. рублей”.

Не забывал Сагалаев облагодетельствовать и самого себя. Ему, по договору N 5807 от 22.10.96 года, ВГТРК платило за каждый выпуск передачи “Открытые новости” по 25 тысяч 200 долларов.

После того, как в феврале 1997 года Сагалаева сменил Николай Сванидзе, практика благотворительной деятельности ВГТРК за счет государства не только не прекратилась, но и получила дальнейшее мощное развитие.

Сванидзе не принял мер по возрату компании 24 миллионов долларов по невыполненным контрактам на поставку импортного оборудования, но исправно выплатил штраф фирме “Самнипа” в размере 150 тысяч долларов за непоказ ее передач.

Благополучно продолжалось при Сванидзе и распродажа по дешевке принадлежащего ВГТРК оборудования. Так, АО “Северобокситруда” за 10 миллионов рублей были проданы ТВ передатчик, антенно-фидерное устройство, СВЧ-конвертор и поляризатор. Подчеркнем: все продано за 10 миллионов, а остаточная стоимость последнего из названных составляет 18 миллионов рублей.

С возвышением Сванидзе у сотрудников ВГТРК вдруг начали происходить потери ценного оборудования. Потери, за которые никто никак не нес ответственности.

Из отчета о проверке гостелерадиокомпании, подписанного аудитором счетной палаты В. Соколовым: “Распоряжением первого заместителя председателя ВГТРК Лесина М. Ю. от 25 августа 1997 года было предписано списать сотовый радиотелефон марки “Моторолла” стоимостью 15,01 млн. рублей, пропавшего, как отражено в заявлении, из автомобиля политического обозревателя.

На основании заявлений о хищении были списаны радиотелефоны, закрепленные за начальником транспортной службы ВГТРК Задачиным М. А. и начальником Центра телерадиокоммуникаций Таубе Л. М. Был также списан пейджер, закрепленный за шеф-редактором Солодухиной Т. В. На основании объяснительной записки сотрудника ВГТРК Зельдера Л. М. от 10 июня 1997 года была списана мобильная станция спутниковой связи остаточной стоимостью 159,7 млн. рублей. Как следует из представленных документов, служебных расследований в этих случаях не проводилось, выводов для установления степени вины сотрудников ВГТРК в несохраненности государственного имущества не делалось. Причиненный ущерб был отнесен на расходы компании”.

Наказывать за утрату ценного имущества в компании при Сванидзе в моду не вошло, а поощрять за ударный труд во имя и во благо победившего режима вошло — да еще как. К сентябрю 1997 года ведущие сотрудники ВГТРК в виде премий и выплат на бытовое обустройство (на установку металлических дверей и остекленение балконов в квартирах) получили 7,3 миллиарда рублей. В том же сентябре того же года Сванидзе в письме за N 978 (01/04) просит Чубайса одарить ВГТРК 75 миллионами долларов: за удачный труд компании во имя правительства ей от имени государства надо хорошо платить.

При Сагалаеве в ноябре 96-го ВГТРК продала 9 казенных легковых автомобилей стоимостью в 20-25 миллионов рублей по цене 3-5 миллионов. Убытки от этой продажи составили как минимум 168 миллионов рублей. Но тут же компания тратит миллиард рублей на 18 авто марки “ДЭУ Эсперо” и их комплектацию гидроусилителями руля, кондиционерами и магнитолами. Тогда каждый автомобиль обошелся ВГТРК в 110 миллионов рублей.

При Сванидзе один миллиард сто миллионов рублей был затрачен уже не на 18, а на 8 автомобилей. Нищета в государстве выросла и с ней вместе возросли запросы главных госпропагандистов. Им трудности с финансами нипочем. Для них Чубайс деньги найдет всегда.

При каком из председателей в ВГТРК было больше расхищено государственных средств и больше облагодетельствовано за счет казны частных фирм и лиц — не подсчитано. Но по масштабам отъема у государства собственности Николай Сванидзе, вероятно, превзойдет обоих своих предшественников.

В марте 1992 года Геннадий Бурбулис, бывший тогда зампредом правительства РФ, распорядился передать ВГТРК от Военно-космических сил два недостроенных здания на Шаболовке — в 14 этажей и в 3 этажа. Передать с тем, чтобы потом переоборудовать их в телевизионный комплекс.

В сентябре того же 1992 года гостелерадиокомпания получила еще один подарок от власти — теперь уже по распоряжению Егора Гайдара: земельный участок ПВО в подмосковном Клину площадью в 75 га с техническими сооружениями, оборудованием связи, с котельной, гаражом, пожарным депо, столовой, убежищем, инженерными сетями и коммуникациями. Тут предполагалось создать Центр спутниковой связи.

Два этих объекта — на Шаболовке в Москве и в Клину — оказались на балансе ВГТРК и находились в ее хозяйственном ведении, оставаясь госсобственностью.

И вот спустя всего неделю после утверждения Сванидзе председателем гостелерадиокомании, то есть 17 февраля 1997 года, в Московской регистрационной палате регистрируется некое акционерное общество “РТР-Сигнал”. Его в единственном числе учредила ВГТРК. И она же по акту, подписанному Сванидзе, передала обществу в качестве своего вклада в уставной капитал оба вышеупомянутых объекта на Шаболовке и в Клину со всеми их потрохами.

Зачатое таким образом АО “РТР-Сигнал” далее выпускает и распродает акции общества, оставляя ВГТРК только 25 процентов от их общего количества. Что это означает? До 17 февраля государство имело недвижимость и оборудование, числившееся на балансе гостелерадиокомпании, а теперь не имеет.

Эксперты ВГТРК оценили стоимость объектов на Шаболовке и в Клину в 107 миллиардов рублей. Эксперты Счетной палаты оценивают их на 207 миллиардов больше, то есть в 314 миллиардов рублей.

Отныне и вовек оба государственных объекта в 314 миллиардов перешли в частную собственность акционеров. При этом государство, потеряв все права на объекты, взамен ничего не получило.

По действующему законодательству в качестве вкладов (взносов) в уставной капитал акционерных обществ учредители могут вносить только то, что принадлежит им на правах собственности. Сванидзе же передал в АО “РТР-Сигнал” объекты, находившиеся в хозяйственном ведении ВГТРК и тем самым произвел незаконное отчуждение госимущества на сумму в 314 миллиардов в частную собственность.

Если бы то же самое сделал какой-нибудь генерал Смирнов, то он уже давно бы оказался на скамье подсудимых, а отчужденное им имущество было возвращено государству. Но то, что нельзя Смирнову, вполне можно Сванидзе.

Вот вывод аудитора Счетной палаты В. Соколова: “Характер выявленных нарушений при учреждении АО “РТР-Сигнал” дает основания для признания сделок недействительными в установленном законом порядке. Вместе с тем, постановка вопроса о возврате государству всей федеральной собственности, переданной в уставной капитал открытого акционерного общества “РТР-Сигнал” и, как следствие, прекращение его деятельности, нецелесообразно с учетом значимости осуществляемого ОА “РТР-Сигнал” проекта и реального вложения обществом средств в его осуществление…”

Беззаконие есть, но пресекать его нецелесообразно. Аудитор Соколов не желает пересаживать Сванидзе из кресла на скамью. Не настаивают на том и вожди Думы, которым суть аферы с “РТР-Сигнал” прекрасно известна. Дума молчит. Как молчит и Генеральная прокуратура. А компания Сванидзе продолжает обличать генерала Смирнова за приватизацию каких-то полумифических 10 миллиардов неденоминированных рублей.


НА ПЕРЕЛОМЕ ( Диалог Александра ПРОХАНОВА с Юрием ПЕТРОВЫМ ) | Газета Завтра 221 (60 1998) | генерал генерал Альберт Макашов В НАПРАВЛЕНИИ ГРЯЗНОГО УДАРА ( делегация госдумы возвратилась из ирака )