home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Кафе «Домино»

В «Домино» было непривычно тихо. В полупустом зале сидели степенные нэпманы с дамами, привлеченные сюда эпатажной славой заведения.

За своим обычным столом сидел Леонидов, Мариенгоф, Благородный отец и редактор журнала «Кино и сцена» Аристарх Колесников.

– Олег, – спросил Мариенгоф, – Луначарский как-то спрашивал меня, когда ты напишешь для него кино.

– А я пишу, – Леонидов поболтал ложечкой в чашке кофе.

– О чем? – возбудился Колесников.

– Я хочу сделать фильм о Москве…

– Видовую, – разочарованной вздохнул Благородный отец.

– Да нет, милый Мишенька, это будет драма, где главным героем все равно будет город. Это фильм о тяжелом восемнадцатом годе, о людях, поверивших в счастья и не убежавших на Юг. Героями фильма будут журналисты и печатники, вагоновожатые и рабочие электростанции, актеры и художники.

– Ну а любовь будет, – усмехнулся Мариенгоф.

– Обязательно.

– Вагоновожатого с печатником.

Все захохотали.

– Да нет, – ответил Леонидов, – любовь, украшающая жизнь.

В кафе с шумом вкатилась веселая компания киношников во главе с Леной Иратовой.

– Все привет.

– Почему так тихо?

– Где тапер?

– Мы гуляем.

Бертеньев подошел к столу Леонидова.

– Добрый вечер, коллеги.

– Здравствуйте, Вадим.

– Олег, я вчера был в журнале «Россия», в следующем номере стоит Ваша повесть «Старец» о Распутине. Я не удержался, прочел сверку, отлично, просто очень здорово.

– Спасибо, Вадим, редко, кто из нашего цеха хвалит коллег.

– Потому что они завидуют, а мне завидовать, вроде, не с руки.

– Вадим! Вадим!

Послышался капризный голос Лены.

– Простите, друзья, меня зовут, – Бертеньев видимым сожалением откланялся.

– Хороший парень, – сказал ему вслед Колесников, – дружелюбный, пишет неплохо, широкий.

– Уж больно хорош, – недобро сказал Мариенгоф. – Из людей такого типа я признаю только нашего Олежку.

– Спасибо, Толя, – улыбнулся Олег.

– Одним спасибо не отделаешься, пишешь роман тайно от всех, жаль, что Сережи нет, он бы тебя не одобрил.

– Право слово, Олежек, сухое спасибо в горло не лезет, – печально вздохнул Михаил Романович.

– Чем отметим?

– Я буду вино, – сказал Мариенгоф.

– Я тоже, – поддержал его Колесников.

– А я коньяк, так уж и быть, – махнул рукой Благородный отец.

– А я маленькую рюмочку ликера, – Татьяна неслышно подошла и положила руки на плечи Леонидова.

Он вскочил и обнял ее.

Лена за своим столом, увидев это, сказал громко:

– Какой мерзавец.

– Кто, Леночка? – встрепенулся Бертеньев.

– Просто так, налейте мне шампанского.


Киностудия | Тени кафе «Домино» | cледующая глава