home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Кафе «Домино».

При входе Леонидова встретил Николай Николаевич, директор кафе поэтов.

– Олег Алексеевич, где встречаете Новый год?

– Здесь, конечно.

– Тогда прошу приобрести билетик.

Олег взял билет, посмотрел на цену.

– Ого!

– А что Вы хотите? Знаете, сколько расходов Вам один?

– Да.

Леонидов огляделся и не узнал кафе.

Закопченная грязная стена сияла разноцветной краской. Розовой, черной, зеленой и золотистой.

– Когда вы успели?

– Успели.

В зале больше не было «буржуек», помытые окна отражали свет люстры, исчезли со столов керосиновые лампы, вместо них стояли электрические с розоватыми абажурами.

Четыре художника расписывали стены: кубист, абстракционист, модернист и последователь «Могучей кучки».

На золотистой стене колосилась рожь, висело над ней веселое солнце, а по дороге шел кудрявый парень с тальянкой, очень похожий на Сергея Есенина.

– Вот это да! – обрадовался Леонидов.

– Это наш сюрприз Сергею Александровичу.

– Налаживается жизнь, Николай Николаевич, – весело сказал Леонидов.

– Слава Богу, электричество дали, котельные заработали, продукты появились. Слава Богу. Поужинаете?

– Обязательно.

Леонидов сел за стол.

Появилась официантка.

– Добрый вечер, Олег Алексеевич, рекомендую салат «Домино» и колбасу по-извозчичьи в горшочке.

– Несите.

– А выпить?

– Как всегда и кофе.

К его столу подошел «благородный отец» и красивая актриса Таня.

– Не прогонишь?

– Садитесь, я очень рад. Танечка, чем Вас угостить?

– Только кофе.

– А я возьму то же, что и ты.

– А ты, Михаил Романович, откуда знаешь, что я заказал?

– У них больше ничего нет, – засмеялся по-театральному громко «благородный отец».

– Олег, – Таня посмотрела на Леонидова огромными синими глазами, – Вы на Новый год будете здесь?

– Обязательно, я уже и билет купил. А Вы, Таня?

– Непременнь. Правда, у нас в театре традиционный капустник, но я приду и будут петь.

– Значит, я не зря купил билет.

– Спасибо.


В зал вошли трое одетых в хорошие заграничные пальто и не московские светлые зимние кепки.

В руках у каждого была большая коробка, упакованы в разноцветную бумагу.

К ним бросился Николай Николаевич.

– Глеб, голубчик, неужели привезли?

– А как же, наше слово – закон. Вот коробка из Риги, эта из Варшавы.

– Батюшки, – удивился «благородный отец», – это же наши кожаные ребята.

Глеб подошел к столу.

– Здравствуйте вам. Привезли елочные игрушки. Я из Риги, а Коля из Варшавы.

– Так запросто в Европу за украшениями для елки? – развел руками Леонидов.

– А у нас служба такая, мы же дипкурьеры. Можно мы к вам присядем, у нас напитки неплохие.

Он поставил на стол бутылку виски и ликера.


В зале внезапно началась суета.

Официантки под присмотром Николая Николаевича сдвинули столы, накрыли их скатертями.


– Кто-то собирается крупно гулять, – Леонидов присмотрелся, – я таких скатертей не видел здесь.

– Никто не видел, – прокомментировал «благородный отец», – их вчера саблинский шофер привез.

И словно в подтверждение его слов в зал, нагруженные ящиками водки, вошли два адъютанта красного генерала.

К ним бросился Николай Николаевич.

– Скоро прибудут? – забеспокоился он.

– Через час, так что время есть. Помогите кто-нибудь в машину за напитками.

– Сделаем.

Адъютант оглядел зал и увидел Леонидова.

Звеня шпорами, подошел к его столу.

– Товарищ Леонидов, Вы должны в течение сорока минут покинуть кафе.

– Не понял, – Леонидов встал. – Вы что, пьяны?

– Никак нет, я выполняю поручение товарища командарма.

– А он здоров? А то над нами психолечебница.

– Товарищ журналист, Елене Сергеевне будет неприятно сидеть с Вами в одном зале.

– Пусть домой едет, – Леонидов сел, – а то ей неприятно станет жить со мной в одно городе, в РФСР, на земном шаре, наконец.

Подскочил второй адъютант.

– Нам приказали, если Вы будете упрямится, вывести Вас силой.

– Ну выводи, – зло усмехнулся Леонидов и встал. – Выводи, я жду.

– Ребята, – поднялся «благородный отец», – не делайте глупостей, у нас это не принято.

– Вас это не касается, товарищ артист, поэтому сидите спокойненько.

– А Вы хам, молодой человек, – «благородный отец» вскочил. – За это в приличном обществе, куда Вас, правда, никогда не пустят, бьют по лицу.

– Попробуйте, – засмеялся адъютант.

– Я попробую, – Леонидов вскочил и ударил правым прямым.

Адъютант сбивая стулья, полетел к дверям, чуть не врезавшись в своего начальника, который с Еленой Иратовой весело входи в зал.

Адъютант шлепнулся у его ног.

– Извини, дорогая, – Саблин и Блюмкин подняли адъютанта и посадили на стул.

Блюмкин взял со стола стакан воды и плеснул ему в лицо.

– Я тебе говорил, Юра, что слушать женщин нельзя.

– Хам, – злобно ответила Елена и пошла к накрытым столам.

Когда она проходила мимо компании Леонидова, Татьяна встала, посмотрела на часики-медальон:

– Нам пора, Олег, пошли, опаздывать неудобно. Дай мне пальто.

Леонидов взял со спинки стула пальто Татьяны, оделся.

Лена, которая все слышала, нехорошо поглядела на них.

– Вы, Танюша, испортили отношения с примой, – тихо сказал Леонидов.

– Ничего, переживет, – вмешался «благородный отец», – и право, пошли отсюда, други. Наш буфетчику весь театр завалил осетрами. Где взял – стражайшая тайна. Пошли, поедим жареной рыбки благородной, а у меня в уборной заветная бутылочка припасена.

– Пошли, – согласился Олег.

Когда они проходили мимо Саблина, тот тяжело и злобно посмотрел на Леонидова.


На улице Татьяна, засмеявшись, спросила:

– У Вас много врагов, Олег?

– Ей Богу, не знаю, не считал.

– Если будет считать, прибавьте еще одного.

– Пошли, пошли в храм чувственных удовольствий.

«Благородный отец», словно на сцене, вознес руки.

– Помните, что ночь в пустом театре промывает душу.


Премьера. | Тени кафе «Домино» | cледующая глава